Читаем CC – инквизиция Гитлера полностью

В нем речь идет о секретной встрече в Марбелле (Испания) в один из жарких июльских дней начала шестидесятых годов. Согласно этому документу, около 100 человек со всех концов света собрались в засекреченном месте. Из Ирака и Ирана, из Латинской Америки, США и Канады, из многих стран Западной Европы, из России и, конечно, Германии.

Если верить протоколу, все участники встречи прибыли по приглашению таинственной и зловещей организации с кратким названием «Одесса» (немецкая аббревиатура «Организации бывших или отставных членов СС»).

Согласно конфискованному в Лиме протоколу, «Одесса» представляла на этом совещании «всех бывших членов СС, независимо от национальности». По-видимому, некоторые влиятельные деятели преступных организаций гитлеровского государства благополучно пережили крах Третьего рейха, поскольку на совещании находились представители «Главного управления имперской безопасности и службы безопасности». Идентичность некоторых темных личностей являлась, настолько засекреченной, что была скрыта даже от присутствовавших на совещании. В протоколе упоминается о «шести бывших офицерах СС, ныне гражданах Израиля, двоим из которых удалось внедриться в службу безопасности данной страны». Эти товарищи проверены пятью директорами континентальных филиалов «Одесса» и «принимали, инкогнито и не выступая лично, участие в дебатах как наблюдатели».

Поводом для проведения встречи, поскольку она состоялась, было похищение Адольфа Эйхмана в 1960 году сотрудниками израильской тайной разведки Моссад: событие, которое явилось настоящим шоком для всемирного коричневого сообщества. Видимо, поэтому сочли необходимым сделать достоянием заинтересованных кругов некоторые национал-социалистические «премудрости». В протокол было записано, «что соавторы и подписанты «Атлантической хартии» были лицемерами и обычными уголовниками» и что «само государство Израиль, являясь искусственным и крайне сомнительным творением, созданным после Второй мировой войны, никогда не имело как государство никакого права на существование».

Когда собрание обсуждало вопросы розыска и судебного преследования военных преступников, на линию огня, очевидно, попал и Фриц Бауэр, генпрокурор земли Гессен. Бауэр сделал целью своей жизни раскрытие преступлений «Третьей империи» и после вступления в новую прокурорскую должность в 1956 году начал настоящий поход против национал-социалистических убийц. По его инициативе в 1963 году во Франкфурте-на-Майне состоялся судебный процесс над 20 обвиняемыми по делу концлагеря Аушвиц, который стал наиболее значительным антинацистским процессом в истории Германии.

Неслыханные преступления, преданные гласности в ходе судебного процесса, потрясли мировую общественность, а Фрица Бауэра превратили в одного из самых ненавистных и опасных людей для всех закоренелых нацистов с темным прошлым. В Испании постановили: «Инициируйте казнь Бауэра». Напуганное похищением Эйхмана и активными действиями дерзких израильских агентов, собрание решило «создать секретную службу и спецотряд», который «должен положить конец террористическим акциям израильских спецподразделений» повсюду, «где только возможна физическая ликвидация любого израильского агента». Три дня продолжались дискуссии в узком засекреченном кругу, появилось постановление: «Организация «Одесса» объявляет войну государству Израиль». В заключение встречи была спета песня о Хорсте Весселе, и в память о фюрере нацисты трижды так громко прогорлопанили «Зиг хайль!», что «это, несомненно, отдалось громким эхом на британских скалах Гибралтара», как вдохновенно выразился один из участников сборища.

Протокол таинственного собрания встречи «Одесса» в Испании был обнаружен в частном архиве Фридриха Швендта, бывшего пособника СС и сомнительного дельца, который в свое время скрылся в Перу. Протокол сохранился вопреки его стараниям сжечь этот взрывоопасный документ. Из приложения к нему стало ясно, что протокол был переслан Швендту по его же просьбе одним из участников встречи. Состоялась ли она в действительности — документального подтверждения тому не было. В протоколе не фигурируют имена и фамилии гостей, а возможные свидетели хранят гробовое молчание. Однако не исключено, что такое собрание имело место быть, а аббревиатура «Одесса», отражающая правоэкстремистскую суть и обманную маскировку, использовалась неонацистскими кругами, чтобы сбить с толку сыщиков.