Читаем Catастрофа (СИ) полностью

  А что мне еще оставалось делать? Выложила все как на духу, не поскупившись на эпитеты в адрес всяким разным. Просто хотелось выговориться или может быть пожаловаться, не имеет значения. Главное то, что с каждой моей грозной репликой лицо Дашки вытягивалась все сильнее, и видно было, что она за что-то внутренне себя корит, сжимая кулаки и чуть ли не скрипя зубами. Хотелось сказать, что все хорошо и не забивать этим голову своему близкому человечку, но я не могла, просто не могла.

  И с каждым словом мне становилось все легче, словно ту тяжесть переживаний вместе с вырывающимися хриплыми всхлипами снимали с моих плеч. Словно Дашута забирала все отчаянье и уже последнее, что я сказала, было осознано уже давно, но истиной стало только сейчас:

  -Я похоже влюбилась,- злые слезы стекали по щекам, словно укоряя,- такая дура. Ему ведь одно только надо было. А я уши развесила.

  Новый нервный всхлип разнесся по квартире, заставляя подругу как-то сжаться. Она уже давно прижала меня к себе, жертвуя белой футболкой, залитой моими слезами.

  -Что мне делать?- умоляюще посмотрела я на нее, почему-то уверенная в том, что подруга скажет сейчас что-то безумно правильное, то, что поможет выкарабкаться хоть на время из сложившейся ситуации.

  И похоже я не ошиблась.

  -Тебе нужно расслабиться,- поглаживая меня по голове, словно сама себе говорила Дашка,- Илья предложил съездить на природу в эти выходные,- словно рассуждала она, перебирая прядки моих волос,- солнышко, речка, палатки, шашлычок. Должно быть здорово.

  Перестав всхлипывать, я прислушалась к словам подруги, нет не насчет речки, солнца и так далее, а те моменты, когда она вспоминала Илью, немного задумчивый взгляд, полуулыбка на расстроенном лице. Что это значит? Буквально два месяца назад она бегала от него по всему институту, и пряталась в темных углах в те моменты, когда он находился поблизости. И тут, ни с того ни с сего, они активно переглядываются (это я заметила совсем недавно), и в то утро Илья принес мне ключи от дома, находившиеся у любимой подружки. Сейчас он зовет на природу, и я не вижу ни капли злых и ненавистных взглядов, которые она бросала при малейшем упоминании этого парня. Можно ли считать, что...

  -Даш, что у вас с Орловым?- вклинилась я в поток ее убеждений, она до сих пор перечисляла мне прелести загородного отдыха.

  -Он хороший,- невпопад ответила Дашка, словно и не заметив вопроса, продолжила дальше.

  -И давно вы встречаетесь?- решила я попытать удачу и Бинго!

  -Да,- с улыбкой ответила она,- так, а пока поживешь у меня. Родители все равно уехали, а мне чертовски скучно.

  Неужели не заметила подвоха? Все пытается меня уговорить, хотя я уже давно была на все согласна и мои переживания давно отошли на второй план, выпустив вперед коварное любопытство.

  Вообще, это маленькая Дашкина особенность, всегда меня умиляла. И не раз я ей говорила, что это ее когда-нибудь да погубит. Дело в том, что стоит лишь на мгновение завладеть ситуацией в момент яркого порыва ее чувств (именно сейчас это была жалость ко мне, как бы противно это не звучало), и на любой твой вопрос она отвечала машинально чистую правду.

   Неужели она сдалась урагану, имя которому Орлов Илья, хм, приятная пища для размышлений.

  Безумно интересно. Ни так ли?

  А потом началось самое интересное. Так как подбадривать меня больше не надо было, а весь негатив я выплеснула в свой рассказ, то, как и ожидалось, пришла Дашина очередь поведать мне свою историю.

  Ну, это я так для остроты ощущения. Но как же раньше я ничего не замечала, даже неуютно как-то стало, ведь Дашута для меня всегда была беззаботной и уверенной в себе девчонкой с небольшим комплексом отличницы, и, может, поэтому за немного холодной и отрешенной маской и нельзя было разглядеть истинных чувств.

  Все началось зимой.

  Когда еще не отошедшие от Новогодних праздников студенты с большой неохотой посещали первые в этом году лекции. Именно сейчас первые морозы отступили, дав небольшую передышку, и серое небо вновь прорезали неясные и совсем не греющие солнечные лучики. Но все равно отражались от белых сугробов, покрытых тоненькой корочкой и слепили глаза, вызывая у всех радостные, но по-детски милые улыбки.

  Именно в один из таких совершенно обычных дней и было потеряно самое сокровенное, что только было у Даши - ее ежедневник. Совершенно простой, без каких либо вычурностей: темно зеленая обложка, сделанная под кожу, хрустящие странички, исписанные немного мелковатым, но зато аккуратным подчерком. И вправду, ничего особенного.

  Даже внутри, словно выводя каждую буковку, был написан всего лишь распорядок дня: куда сходить, что забрать, кому позвонить. Все это было совсем ненужным, но до такой степени привычным, что отказаться от когда-то просто детской забавы оказалось совершенно невозможно. Привычка - вторая натура.