71

Затаившиеся

Итак, это очевидно.

Теперь она обращается к нам.

Бросает нам вызов, даже смеется над нами, требует объяснить причины нашего долгого молчания. Провоцирует нас намеками на обвинение в трусости.

Я уже чувствую усилившуюся мысленную активность Ждущей и остальных. Возобновляется старый спор.

А ведь этот развившийся до времени маленький творец только начинает подгонять нас!

Второе воззвание к затаившимся

Если все прошлые годы вы следили за нашим радио, телевидением и Интернетом и причина вашего молчания в том, что вы видите в нас соперников, прошу вас – одумайтесь.

В нашей долгой, медленной борьбе за создание достойной цивилизации люди постепенно поняли, что соперничество и сотрудничество не изначальные противоположности, но двойники, и в природе, и в развитом обществе.

При справедливых условиях, при наличии доброй воли даже те, кто с подозрением относится друг к другу, находят способы взаимодействовать к общей выгоде. Посмотрите в Сетке «игры с положительным итогом», где решение «победа-победа» приносит успех всем сторонам.

Несомненно, у человечества – и других земных видов – есть способы присоединиться к космическому сообществу не в ущерб вашим законным целям. Помните, наиболее стабильные виды и культуры порой выигрывают от небольшого соперничества. Поэтому, пожалуйста, ответьте! Давайте поговорим об этом.

72

Четыре вида человечества

Эволюция – сволочная штука. Почти всегда.

Только в редких случаях эволюция может передумать.

Напоминание об этом, выскочив из бокового коридора, едва не сбило Джеральда с ног. С трудом избежав столкновения, маленькая фигурка замахала руками и ногами, как бывает, когда падаешь в ослабленном тяготении вращающегося колеса, и опустилась на наклонный пол. Джеральд успел ухватить прядь курчавых волос, вызвав вопль.

– Эй, Айка, куда торопишься?

Девочку – низенькую, едва вступившую в подростковый возраст – нельзя было назвать красивой. Коренастая и сильная; когда она схватила и сдавила руку Джеральда, тот подумал: как бы не сломала. Айка доказала такую возможность, стиснув его кисть – в шутку, но все равно было очень больно.

– Кэп Джерри!

Светлые вертлявые ноги в шортах в красную полоску повернулись так, чтобы девочка встала на цыпочки. Джеральд отпустил ее прядь, хотя ребенок еще секунду словно тисками сжимал его руку; мимо лица Джеральда пронеслось лицо девочки – оно казалось миловидным, похожим на лицо эльфа, несмотря на почти мужские надбровные дуги. Голос у нее был неожиданно низкий, гулкий, отчего казался не вполне человеческим.

– Повежливее, любезный, – игриво сказала она. – Разве вы не знаете, что я гораздо старше вас?

Постоянная шутка, и не только между ними двумя. Представители возрожденного вида гомо неандерталенсис требовали, чтобы их именовали старшей расой по причинам, которые не имели ни биологических, ни фактических оснований.

Что ж, ничего страшного, пока они не начнут требовать репараций за геноцид, случившийся 27 тысяч лет назад. Меня там не было, так что я платить не собираюсь.

– Куда мчишься, дитя? – спросил Джеральд, сознательно говоря как старик с десятилетним ребенком (хотя неандертальцы взрослеют по-другому).

– Мы охотимся на коббли! – вызывающе объявила Айка, делая шаг назад и подбочениваясь.

– Э… «мы»?

Она кивком указала на соседний боковой коридор, и Джеральд увидел там другую фигуру, отступившую в тень. Долговязую и сутулую, с коротко подстриженными волосами и испуганным лицом.

– А. Привет, Хайрем. Как дела сегодня?

Каждый аути уникален. Тем не менее существовали общие правила, как вести себя, когда аути взбудоражен. А Хайрем сейчас был взбудоражен: глаза широко распахнуты, взгляд бегает. Долговязый молодой человек медленно шагнул вперед, глядя в сторону Айки, но так ни разу и не посмотрев в лицо ни Айке, ни Джеральду.