Читаем Буря в бокале полностью

Фред терпеливо выслушал причитания торговца, посочувствовал, где надо, поддакнул там, где требовалось, затем деловито кивая головой, украдкой вытащил маленький блокнотик, в кожаном переплёте, чиркнул на листике что-то и не навязчиво протянул его враз умолкнувшему и насторожившемуся собеседнику.

– Вах!– хватаясь за лысую голову, зацокал языком хапуджанин.– Откуда такие вещи у честного предпринимателя! Купц свято блюдет законы благословенной Бурляндии. Ты за кого меня вообще принимаешь?

– Хорошо назови свою цену.– Специалист по сугубо деликатным вопросам, перед приходом сюда заранее настроился на тяжёлые торги. Он не однократно покупал у Купца запрещённые артефакты, и каждый раз выслушивал одно и то же. Хапуджанин не был бы хапуджанином если бы предварительно не по охал, не поплакался, накручивая цену на товар.

– У меня жена, дети! Ты лишаешь семью единственного кормильца, предлагая такое!– начал по старинке причитать он.– С моим подкошенным здоровьем, я не смогу сидеть долго в тюрьме, ты смерти моей добиваешься, да?!– захлопал по щекам себя Купц, показывая, как он сильно возмущён.

– Я предлагаю тебе выгодную сделку.– Попытался парировать наемник, но был бесцеремонно перебит, разошедшимся хапуджанином.

– Ты предлагаешь мне засунуть собственную шею в петлю и отправиться на каторгу!

– Причём здесь виселица?– не понял сбитый с толку Нойс алогичными оборотами речи торговца.– Если тебя отправят на каторгу, то явно в живом виде не повесив точно.

– Какая разница!– в сердцах воскликнул Купц и картинно уткнулся лицом в ладони.– Я сам на себя наложу руки,– качая головой, навзрыд простонал он,– мы хапуджане не можем жить в неволи.

Видя, что спектакль затягивается, Фрэнос решил прибегнуть к небольшой уловке, расстроенно заявив.– Что ж я вижу, как столь болезненна тебе эта тема, поэтому более не смею тебя просить, лишь умоляю об одном – забыть, и никогда не вспоминать то, что я по глупости и недалекоглядности своей просил у тебя приобрести.

– Ты и вправду отказываешься от покупки!?– не поверив собственным ушам хапуджанин, быстро раздвинул пальцы на лице, внимательно посмотрев на него оценивающим взглядом.

– Не то, что отказываюсь,– нехотя ответил Нойс.– Скорее, хочу попробовать в другом месте попытать счастья, к примеру, почему бы мне не зайти к Бабею ибн Хотею? У него вроде родни нет никакой…

Фред неспешно поднялся на ноги, лениво струсил пыль с коленей и сделал шаг в направлении выхода, показывая всем своим видом, что действительно собирается уйти.

– Что??!! Ушам своим не верю, к этому пройдохе и плуту?!– Купц аж подскочил, словно его ужалила оса, и быстро засеменил коротенькими шажками, преграждая путь наёмнику.– Я не могу допустить, чтобы моего обожаемого друга обвели вокруг носа всякие прохиндеи, вроде этого Бабея! Для меня будет позором узнать это! А как я буду смотреть в лицо знакомым людям, которые будут думать, что я знал и не отговорил тебя от подлого мошенничества. Позор на голову несчастную мою! Так и быть я достану для тебя эти вещи. Но ты не представляешь, чего мне это будет стоить…

– Сколько?– быстро пока Купц переводит дух, вставил специалист по сугубо деликатным вопросам.

– Последние крохи здоровья отдаю.– Сжимая пальцами на шее воображаемую петлю побулькал он.

– Да, нет, сколько для меня это будет стоить?

Внёс решительное уточнение наемник. Но хапуджанин уже разошелся, и остановить его душераздирающую тираду было делом совсем не простым.

– Вай! Бедная моя голова!– он надел на голову крохотную тюбетейку, а затем драматично отбросил её в сторону и захлопал по лысой блестящей макушке пухлыми ладонями. Но не сильно дабы не дай боже, не нанести увечья.– Говорил мне покойный отец займись лучше продажами верблюжьего молока, так нет ведь дёрнул гнусный в магию податься! Вах, горе мне не послушному! За что Всевышний наказал меня? За какие прегрешения предков я выношу нечеловеческие страдания и муки?!

– Пяти динаров хватит, я так думаю?

Озвученная сумма на миг отвлекла торговца от причитаний.– Пять динаров?!– воскликнул от крайнего возмущения он.– Ты решил вдобавок ко всему прочему и по миру меня еще пустить?! Нет, моё больное измученное сердце не выдержит такого измывательства!– он демонстративно схватился за грудь обеими руками, высоко закатив глаза.

– В таком случае, назови свою сумму?– невозмутимо продолжил Нойс.

Купц прервал причитания, деловито заявив.– Не меньше десяти. И то я делаю тебе скидку, как постоянному клиенту.

– Семь динаров.– Нойс прекрасно разбирался во всех уловках матёрого хапуджанина.

– Ты лишаешь моих детей пропитания!– драматично воздев руки, застонал Купц.– Меня жена выгонит из дому, и найдёт более твёрдого в торгах мужа, вай, что ты делаешь со мной!? Я и так ночами уже не сплю, думаю, как прокормить семью!

– Ну, как знаешь, я не настаиваю, пойду, поищу в другом месте.– Фред демонстративно развернулся, но был опять остановлен.