Я поднял голову и улыбнулся:

— Честно говоря, я не против ответить на все вопросы из твоего списка. Мне кажется, прошла уже целая вечность с тех пор, как я мог вот так легко поговорить с кем-нибудь. Не лгать и не придумывать разные истории.

Лицо Адама тут же осветилось радостью, которую он попытался скрыть, но меня так просто не проведешь. Может быть, нам не будет так весело вместе, как в две тысячи девятом году, но все же я не один.

— Я считаю, что мы можем быть абсолютно уверены только в одном, — заключил Адам, снова перелистав записи, лежавшие перед ним.

— И в чем же?

— Ты совершенно точно сменил основную базу, но, черт возьми, я никак не могу понять, как тебе это удалось.

— Если только это не другая вселенная, — улыбнулся я другу. — Зная тебя, я уверен, что ты не остановишься, пока не выяснишь это.

Глава семнадцатая

Суббота, 15 сентября 2007 года,

08 часов 00 минут

Я приехал на работу к восьми часам, чтобы побыстрее закончить с уборкой и помочь Холли с подготовкой к праздникам. Мне казалось, что это могло стать шагом к примирению, ведь сейчас она меня ненавидела. Когда я открыл дверь, свет уже был включен. В зале были двое: Холли и Тоби.

Она крутилась на брусьях, а он подстраховывал внизу.

Так вот значит, что он вчера имел в виду, когда говорил о поте и прикосновениях.

Тоби подсадил ее повыше, и, когда Холли отпустила руки и дважды перевернулась в воздухе, прежде чем шумно приземлиться на голубые маты, у меня чуть не случился сердечный приступ.

— Неплохо, — заметил Тоби.

— Очень рискованно, — произнес я.

Они вдвоем подскочили на месте, но, увидев меня, расслабились. И все же Холли смотрела на меня с каменным лицом.

Черт, она все еще сердится!

Холли отправилась в раздевалку, а я взял все необходимое для работы и принялся за мытье окон на фасаде. Через некоторое время появился Тоби:

— По-моему, она все еще зла на тебя.

Мне было очень грустно, но я заставил себя улыбнуться:

— А ты, видимо, счастлив.

Он рассмеялся и, взяв тряпку, принялся вместе со мной оттирать стекло.

— Возможно, но я не собираюсь расстраиваться из-за того, что Холли не пошла со мной на свидание.

— Конечно нет, — ответил я.

— Я серьезно, мне просто нравится ее дразнить. Не пойми превратно, Холли — классная девчонка, но такую, как она, я вряд ли вынесу.

— Что ты имеешь в виду?

— Она слишком умная, и я не смог бы обманывать ее. Она бы видела меня насквозь. — Он перестал тереть стекло и склонил голову набок. — Хотя, я был бы не прочь переспать с ней.

— А почему Холли не в команде, как ты и Джана? — поинтересовался я. — У нее отлично получается.

— Она не соревновалась уже три года, с тех пор как приехала сюда из Индианы. Думаю, причина в травмах и, возможно, в деньгах.

— В деньгах?

— Нельзя сказать, что она из бедной семьи, но наш вид спорта требует больших затрат.

— А она в хорошей форме для соревнований?

— Да, эта девчонка гораздо способнее любого из нашей команды. Но она мне ни за что не поверит, поэтому я никогда не скажу ей об этом.

— А она решит, что ты цепляешься к ней.

Тоби рассмеялся:

— Что ж, я-то ведь не профессиональный плейбой. Кроме того, вчера на вечеринке у друга я познакомился с такой девчонкой! Горячая штучка и совершенно без мозгов!

— Как раз твой тип, да?

— Да, если только вся ее легкость не наигранна. И она не притворяется, что глупа. Понимаешь, потом это может плохо закончиться. Кроме того, мне нравится общаться с недалекими людьми.

Я чуть было не начал доказывать Тоби, что его подход к ухаживанию неверный, но вовремя остановился.

— Похоже, она настоящая бомба, — сказал я.

Холли вышла из раздевалки в форменной футболке и светло-коричневых шортах, и мы оба замолчали. Мокрые волосы она заплела в косу, а на футболку прикрепила большой значок с надписью «хозяйка праздника».

Я пошел за ней в зал, где проходят праздники. Она расставляла чашки на столе напротив каждого стула. Я взял стопку тарелок и, следуя за Холли, ставил их рядом с чашками. Несколько минут она игнорировала меня, но потом остановилась и обернулась:

— Что ты делаешь?

— Помогаю тебе. Я вижу, что ты злишься, и пытаюсь наладить отношения.

— Зачем? — спросила она, подбоченившись.

Я собрался было ответить, но язык перестал меня слушаться. Я не мог ничего сказать. А что бы в такой ситуации посоветовала моя Холли?

«Джексон, что ты молчишь, словно воды в рот набрал! Попробуй обхитрить меня!»

— Я объясню тебе, если ты скажешь, почему сердишься.

Холли продолжила накрывать на стол — раскладывала яркие разноцветные ложки и вилки.

— Я не сержусь, но ты мне не интересен.

Вот это да!

— Почему?

— Потому что я знаю парней твоего типа.

— И что?

Схватив ножницы и моток ленты, она принялась нарезать ее, чтобы привязать к шарам.

— Ну, ты понимаешь… парни всегда стремятся очаровать девушку, но при этом у них одна цель — залезть ей в трусы.

Я попытался изобразить возмущение: