Читаем Бумеранг с автопилотом полностью

– Сейчас все расскажу, – затараторила Маргарита. – Да, я цитирую тех, у кого миллионная аудитория, но ничего дурного не делаю. На пенсию-то не прожить.

– Давайте честно поговорим о Зотове, – остановила я хозяйку и услышала занимательную историю.

Еще пять лет назад Митина считала каждую копейку. Единственным ее богатством была хорошая просторная квартира. Но Маргарита не хотела продать ее и купить себе «однушку». Апартаменты достались ей от родителей, следовало их сберечь на совсем уж черный день.

Из родных у женщины только дочка покойной сестры Нади. К сожалению, все близкие Митиной рано ушли из жизни. Сначала умерла Надежда, затем ее сын, потом невестка. Осталась лишь годовалая Света. Маргарита не сдала малышку в детдом, решила сама ее воспитывать. Светлана прекрасно училась, получила золотую медаль, окончила МГУ, устроилась работать на телевидение.

Как-то раз она примчалась домой с горящими глазами, за спиной девушки маячил ее муж Петя.

– Бама! – начала Света.

Девочка в четыре года сложила первые слоги слов «бабушка» и «мама» и с тех пор называет Митину «бама».

– Дай сам расскажу, – остановил жену Петр. – Моего двоюродного брата Влада сделали главным режиссером нового интернет-проекта, есть возможность тебе очень хорошо заработать. Хочешь попробовать?

– Готова на все за деньги, – честно призналась пенсионерка.

И вожделенная сумма в самом деле пришла. Чем занималась Маргарита?

Программа была посвящена россиянам, которые внесли большой вклад в литературу, искусство и музыку прошлых лет, но, увы, давно скончались и сейчас напрочь забыты. В студии появлялись те, кто общался лично с героем передачи, его родственники, пусть даже и дальние, и те, чьи родители работали или дружили со знаменитостью. Если таковых людей не было, то о главном герое рассказывали критики и биографы. Но ведь интереснее всего услышать что-то из уст внуков и правнуков. Такие передачи зрители любят особенно.

Но кое-кто из деятелей культуры не имел детей. И вот тогда наступал час таких, как Маргарита. Ее внешность изменили так, что родная мать бы не узнала, одели, загримировали, дали текст, который следовало выучить. В программе про Илью Андреева Митина прекрасно исполнила свою роль. И Семена Михайловича Зотова упомянула потому, что фразы в ее роли были о нем.

Домой я вернулась с желанием поскорее сесть за стол. Пообедать мне не удалось, поэтому я очень сильно рассчитывала на ужин.

– Иди скорее мой руки! – крикнула Рина, услышав лай Мози и Роки.

Наши «кабачки» всегда чуют, когда кто-то из семьи входит… нет, даже не в квартиру, а в подъезд дома.

Почему мы называем бульдожек «кабачками»? Возьмите этот овощ, представьте, что он покрыт шерстью, добавьте к нему четыре лапы, голову и хвост – и перед вами будет Мози или Роки.

Из коридора еще выбежал Пафнутий, начал прыгать вокруг меня.

Историю появления двортерьера[2], которого в мусорном баке нашла Ада Марковна, я уже рассказывала, повторяться не стану. Лучшая подруга Ирины Леонидовны уехала в другой город, прихватив собаку, но пес там целыми днями сидел дома один, стал болеть, и его вернули в Москву. Я думала, что Пафнутий, который провел в нашем доме мало времени, начисто забыл Димона, Рину, Надежду Михайловну Бровкину, бульдожек и кота Альберта Кузьмича, но оказалось, что у парня на редкость цепкая память. Он ведет себя так, словно не покидал Москву. И, похоже, его совершенно не беспокоит отсутствие Ады Марковны.

– Танюша, котлеты остывают, – проговорила Рина.

– Сейчас переоденусь и прибегу в столовую – ужас, как проголодалась! – отозвалась я, поспешила в спальню, вошла в комнату и замерла на пороге.

На кровати лежал ботинок Ивана Никифоровича, из него вытащили шнурок. На ковре блестели какие-то крошки. Я наклонилась. Сахар! Моя тумбочка была открыта, но из нее ничего не исчезло, потому что съестного там нет. Я вздохнула. Да уж! Пафнутий! Мози и Роки тоже способны на воровство, но им не запрыгнуть на стол и не залезть на стул. А вот для двортерьера нет преград, он бегает и скачет лучше макаки и умеет открывать любые двери и шкафы.

Я вошла в ванную. А вот и второй ботинок мужа, тоже без шнурка.

В столовую я прибежала босиком. Куда подевались тапочки, я понятия не имела, они бесследно испарились. За столом восседала одна Варвара.

– Добрый вечерок, Танюсенька, – пропела она.

– Здравствуй, – быстро ответила я и схватила вилку.

– Дорогая, неужели ты собралась все это слопать? – прищурилась гостья. – Право, не стоит.

– Почему? – удивилась я, разламывая вилкой куриную котлету. – Я не успела пообедать.

– Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу, – нараспев проговорила Варвара.

– Мой друг уже получил сегодня двойную порцию супа, я сама не добралась до столовой, – рассмеялась я. – Врагами же я пока не обзавелась, поэтому лично все сейчас со стола смету.

– Танюшенька, – нежно продолжала петь дочь подруги Рины, – надеюсь, ты понимаешь, как я люблю тебя.

– Да, – кивнула я, подцепляя вилкой жареную картошку.