Читаем Булгаков полностью

К концу 1925 года число членов "Дачной коммуны" увеличилось настолько, что она стала терять свой конспиративный характер. В самом отделе участились скандалы между членами "Дачной коммуны" и секретарем отдела, выдающим заработную плату. Первые не хотели платить "членских взносов", а секретарь отдела упрекал их в том, что они получают "все удовольствия" на "даче", а платить не хотят..."

Показания "халявщика" Клименкова полностью подтвердил полноправный член "коммуны" "доктор" Гоппиус: "Каждый член коммуны обязан за "трапезой" обязательно выпить первые пять стопок водки, после чего члену коммуны предоставлялось право пить или не пить, по его усмотрению. Обязательным было также посещение общей бани мужчинами и женщинами. В этом принимали участие все члены коммуны, в том числе и две дочери Бокия. Это называлось в уставе коммуны - "культом приближения к природе". Участники занимались и обработкой огорода. Обязательным было пребывание мужчин и женщин на территории дачи в голом и полуголом виде..."

Атмосфера чекистской "коммуны" очень напоминает атмосферу В. б. у. с., в том числе и своей пародией на богослужение и христианские похороны, в результате которых один из участников едва не погиб. Конечно, Булгаков не мог быть знаком с показаниями арестованных в 1937-1938 гг. членов коммуны, однако, по признанию того же Клименкова, к середине 20-х годов творившееся на даче Бокия перестало быть тайной для окружающих. А ведь в Кучине жили или отдыхали многие представители литературно-театрального мира, например, А. Белый. От них автор "Мастера и Маргариты" вполне мог узнать о нравах "коммуны". Появляющимся на В. б. у с. чекистам Ягоде и Буланову творящееся тут, можно сказать, явно не в диковинку. И его законы, о которых говорит Коровьев-Фагот, совпадают с законами "коммуны" Бокия. Спиртом, только чистым, без всяких ягод, Воланд угощает Маргариту. Устраивают на В. б. у с. и своего рода похороны Михаила Александровича Берлиоза и Майгеля, только покойники тут настоящие, а не сонные пьяницы, и мысль о самоубийстве посещает Маргариту, когда она сознает, что к прошлому возврата нет, а Воланд не торопится предложить ожидаемую награду. Гости Воланда столь же пьяны, а женщины столь же обнажены, как и на даче у Бокия. Правда, горчицей Бегемот мажет не половые органы незадачливых пьяниц, а их своеобразный заменитель - устрицу, которую тотчас съедает. А вот в ранней редакции шабаш в Нехорошей квартире был куда откровеннее, и одна из ведьм капала свечкой на половой член мальчика, с которым развлекалась. Чекисты, возможно, казались Булгакову современными аналогами нечистой силы. И действительно, оргии Бокия и его подчиненных даже превзошли то, что происходило на рожденном писательской фантазией В. б. у с.