Читаем Будущее разума полностью

Но следует отметить, что это решение – самое простое. Генетически клон эквивалентен оригиналу, но воспоминания таким образом не передаются. В принципе, в мозг можно было бы загрузить искусственные воспоминания, воспользовавшись одним из инновационных методов, описанных в главе 5 (посредством введения электродов в гиппокамп или создания искусственного гиппокампа), но ведь отец Курцвайля давно умер и сделать соответствующие записи с оригинала невозможно. Лучшее, что можно сделать, – это собрать то, что известно об этом человеке (поговорить с теми, кто его знал, получить сведения о его финансовых делах и т. п.), и ввести все это в программу.

Более практичным способом внедрения личности и воспоминаний человека было бы собрать в один большой файл всю информацию об этом человеке, его привычках и жизни. Вы знаете, что сегодня в памяти компьютеров хранятся все материалы электронной почты, операции по кредитным картам, записи, расписания, электронные дневники и жизненные истории. Если собрать все это в единый файл, получится замечательно точный и полный портрет человека. Это и будет ваша «цифровая подпись» – все, что о вас известно. И рассказ получится замечательно точным и интимным: из него можно будет узнать, какие вина вы любите, как проводите отпуск и свободное время, каким мылом пользуетесь, кто ваш любимый певец и т. д.

Кроме того, путем опроса можно будет получить приблизительную картину личности отца Курцвайля. Его друзей, родственников и знакомых можно попросить ответить на десятки вопросов: был ли он стеснителен, любопытен, честен, отдавал ли все силы работе и т. п. Каждое качество нужно будет оценить по десятибалльной системе (где 10 будет означать абсолютную честность, например). Получится строка из сотен чисел, где каждое число характеризует конкретное свойство личности. После получения результатов специальная компьютерная программа возьмет их и просчитает, как этот человек повел бы себя в той или иной ситуации. Возьмем гипотетическую ситуацию, в которой человек произносит речь, а в аудитории попадается особенно противный критикан. Проанализировав собранные данные, программа ответит, какой из нескольких возможных вариантов поведения выбрал бы выступающий (он может не обращать на критику внимания, может отвечать в том же духе или даже вступить в перебранку). Иными словами, исходная личность сводится к длинной строчке чисел в диапазоне от 1 до 10, при помощи которых компьютер может предсказать, как этот человек повел бы себя в любой ситуации, в том числе и неизвестной ему ранее.

Результатом такой работы могла бы стать длиннющая компьютерная программа, которая реагировала бы на новые ситуации приблизительно так же, как отреагировал бы на них человек, личность которого послужила прототипом; при этом она использовала бы привычные для него словесные выражения, шутки и прибаутки, извлеченные из его памяти.

Еще одна возможность заключается в том, чтобы отказаться от биологического клонирования и просто построить робота, внешне напоминающего нужного человека. А загрузить готовую программу в механическое устройство, которое выглядит, как вы, говорит, как вы, и очень похоже двигается, можно без труда. Да и добавить в лексикон робота ваши любимые словечки («Ну…», «Вы знаете…» и т. п.) совсем нетрудно.

Разумеется, сегодня вы сразу заметили бы, что это робот, а не человек. Однако со временем технологии будут развиваться, и копия будет все больше походить на оригинал; со временем она, возможно, станет так хороша, что сможет кого-то обмануть.

Возникает, правда, философский вопрос: действительно ли эта «личность» полностью повторяет оригинал? Оригинал-то мертв, так что клон или робот, строго говоря, является самозванцем. Магнитофон тоже может воспроизвести наш вчерашний разговор с абсолютной точностью, но ведь магнитофон – это не человек! Может ли клон или робот, способный вести себя в точности так же, как оригинал, быть ему достойной заменой?

Бессмертие

Все перечисленные методы подвергались суровой критике за то, что в результате вы получаете не реалистичную копию с подлинной личностью и воспоминаниями, а модель. Более аутентичный способ переноса сознания в компьютер предлагает проект Connectome, который мы обсуждали в предыдущей главе и в котором предполагается точно воспроизвести, нейрон за нейроном, все клеточные структуры и связи конкретного мозга. В этой структуре уже содержатся все ваши воспоминания и особенности личности.

Перейти на страницу:

Похожие книги

ДМТ — Молекула духа
ДМТ — Молекула духа

Книга представляет собой захватывающее описание уникального научного исследования. Впервые в истории науки доктор медицины Рик Страссман изучил и описал воздействие на человеческое сознание психоделического препарата ДМТ (N,N-диметилтриптамина). Это вещество содержится в растениях, которые в индейских традиционных культурах употреблялись для вхождения в измененное состояние сознания. Кроме того, ДМТ вырабатывается эпифизом мозга человека в критические периоды его жизни (например, при рождении и смерти).Чтобы получить официальное разрешение на это исследование, Страссману пришлось преодолеть многочисленные бюрократические барьеры: исследования психоделиков были практически прерваны в 1970 году, когда конгресс США принял закон о запрете ЛСД и других подобных препаратов.Вы прочтете о том, как вырабатывалась концепция исследования, как набирали добровольцев для введения препарата. В книге представлено множество описаний потрясающих опытов, которые пережили волонтеры под воздействием ДМТ. Наконец, вы узнаете, к каким выводам пришел доктор Страссман, — они поражают своей смелостью и революционностью.Книга для тех, кого интересует психология человека, пути обретения духовного опыта, иные миры, постижение законов бытия путем погружения в глубины собственного сознания.

Рик Страссман

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
История математики. От счетных палочек до бессчетных вселенных
История математики. От счетных палочек до бессчетных вселенных

Эта книга, по словам самого автора, — «путешествие во времени от вавилонских "шестидесятников" до фракталов и размытой логики». Таких «от… и до…» в «Истории математики» много. От загадочных счетных палочек первобытных людей до первого «калькулятора» — абака. От древневавилонской системы счисления до первых практических карт. От древнегреческих астрономов до живописцев Средневековья. От иллюстрированных средневековых трактатов до «математического» сюрреализма двадцатого века…Но книга рассказывает не только об истории науки. Читатель узнает немало интересного о взлетах и падениях древних цивилизаций, о современной астрономии, об искусстве шифрования и уловках взломщиков кодов, о военной стратегии, навигации и, конечно же, о современном искусстве, непременно включающем в себя компьютерную графику и непостижимые фрактальные узоры.

Ричард Манкевич

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Математика / Научпоп / Образование и наука / Документальное
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду

Дэвид Роберт Граймс – ирландский физик, получивший образование в Дублине и Оксфорде. Его профессиональная деятельность в основном связана с медицинской физикой, в частности – с исследованиями рака. Однако известность Граймсу принесла его борьба с лженаукой: в своих полемических статьях на страницах The Irish Times, The Guardian и других изданий он разоблачает шарлатанов, которые пользуются беспомощностью больных людей, чтобы, суля выздоровление, выкачивать из них деньги. В "Неразумной обезьяне" автор собрал воедино свои многочисленные аргументированные возражения, которые могут пригодиться в спорах с адептами гомеопатии, сторонниками теории "плоской Земли", теми, кто верит, что микроволновки и мобильники убивают мозг, и прочими сторонниками всемирных заговоров.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэвид Роберт Граймс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература