Читаем Будем жить! полностью

Ждать пришлось часа четыре, под охраной котов успели даже слегка перекусить, пока ожидали решения командира этого ИТЛ. По-всякому могло выйти – закусись капитан Токтаев, командир этой колонны, и придётся нам предстать пред его светлы очи как сусликам, которые хоть и не видны – но есть! Мы станем видимыми суслями, что будет очень несвоевременно и чего мне всё больше не хочется. Когда коты сообщили о приближении группы визитёров – я даже как-то легче задышал. Ради того, чтобы передать отказ командира колонны от нашей просьбы, хватило бы пары бойцов – а мои питомцы, хоть и не умеют считать, обнаружили приближение заметно большей группы. Образ в виде «…идут чужие; много; много мне и много сестре; сразу всех не убъём – много…» для меня был уже привычен – «гостей» больше чем двое, двоих коты могут «убить сразу»! Махнув своим бойцам, чтобы занимали позиции, я устроился на самом заметном месте склона, демонстративно оставаясь на виду. Ждать пришлось минут десять-пятнадцать, уж не знаю, что их так задержало – радиус кошачьего «радара» не то чтобы невероятно велик. Хотя – склон, это не ровная дорожка, в горах можно и сто метров полсуток топать… но какие здесь горы?!

- Здрав-жлаю, тарщ каптан! – вот это сюрприз! Если я правильно понимаю – к нам прогулялся лично командир подвижного ИТЛ, капитан Токтаев, собственной персоной?! Про других капитанов в личном составе ИТЛ до меня информацию не доводили, нечего посторонним капитанам здесь делать!

- Здравия, сержант… – отмахнул мне в ответ капитан, беззастенчиво меня рассматривая. Ну, мне не жалко, смотри на здоровье. Сопровождающие тоже, правда, пялятся, и это напрягает – у меня уже в инстинктах такое пренебрежение собственой безопасностью вызывает дискомфорт! Ну какого вы уставились – по сторонам смотрите, опасность выискивайте, а не глазками торгуйте! О, знакомая физиономия – зравствуй снова, «типа-младшой» Пятак. Как-то ты резво по карьерной лестнице за эти четыре часа взлетел – из младших сержантов сразу в старлеи! Вот бы и… нет, тьфу-тьфу-тьфу, боже упаси от такого роста! В офицерах мне уж точно делать нечего – значит, незачем и мечтать.

- Пятак, – это кэп интересуется – а где три человека? Я вижу только одного, с лычками сержанта, и не более…

Зато я вижу несколько избыточное количество конвоиров на единицу подконвойного. Кем ещё может быть этот вот сухопарый тип, на вид лет так под тридцать, а то и тридцать пять местных, в казённого типа рабочем комбезе из жёсткой брезентухи вроде матросской парусиновой робы, но нераздельном на штаны и рубаху. Воротник плотно затягивался тонким шнурком вокруг шеи, так же можно было затягивать рукава и штанины. Такие «спецкостюмы» нашему контингенту тоже выдавались, именно комбезами – для защиты от насекомых под подолом рубахи или за шиворотом. Ткань заслуживала всяческой похвалы с точки зрения прочности и носкости – продрать её надо было ещё постараться; с точки зрения же комфорта – ну, так каторга же, а не пансионат! Собственно, именно поэтому частенько з/к выглядели как фрицы под Сталинградом – обмотанные чем попало в несколько слоёв, лишь бы смягчить наждачное воздействие от прямого контакта ткани комбеза с телом. Теплоконтроль у брезентухи тоже не отличался качеством – да, собственно, задачей этой одёжки было сохранять тушки подконвойных от укусов насекомых и мелкого зверья, а не обеспечить им комфортабельное пребывание на казённом коште…

Цветом эта одёжка тоже… подгуляла. Зрелище утреннего построения з/к перед погрузкой в транспорт у меня лично всегда вызывало чувство некоего дежа-вю. Если кто смотрел довольно старую и весьма глупую анимешную серию японского изготовления, про пацанчика, который как-бы учился быть нинзюком, с крайне сомнительными результатами и вечными трындюлями от всех подряд – этот крендель, кажется, без трендюлей не мог даже собственный нос вытереть, зато воспринимал пилюли почему-то как должное, и с имбецильной жизнерадостностью продолжал считать «щедрых» соратников товарищами, решительно подставляя вместо них собственную тушку под перманентно случающиеся неприятности (не помню точно, кажется, называлось это действо по имени самого персонажа, «Норута», или «Арута», вроде бы?) – то может вспомнить кошмарный прикид отвратно-вырвиглазного колёра, который таскал на себе этот «незаметный разведчико-диверсанто-шпиён»; вероятно, именно для того, чтобы ещё раз продемонстрировать недалёкость собственного интеллекта и полное отсутствие вкуса и эстетического развития. Худшего варианта для незаметности (нинзюки-то, по идее, в первую очередь именно как незаметные воины описывались?), чем ярко-оранжевая одёжка, и придумать-то невозможно – наверное, этим дополнительно подчёркивалась недалёкость сопляка… Так вот – цвет комбинезона мне до изумления напоминал именно тот сериал, именно в текущем антураже… вокруг десяток нормально одетых человек, а между ними – такое вот недоразумение! Когда з/к много – впечатление несколько смазывается, но сейчас, когда такой кадр один…