Читаем Будем жить! полностью

- День, промой рану, тонкой струйкой! Этот кусок придётся срезать, там спасать нечего! Видишь, оно уже всё стухшее, вычистить надо… так, хорошо. Сейчас я…

Раненый вдруг вздрагивает и стонет. Пришёл в себя?! Только этого не хватало! День дёрнулся придавить тело, но Акимов снова затих – видимо, это было инстинктивным движением. Я снова, стараясь действовать как можно чётче и быстрее, глубоким разрезом вспорол рыхлый комок плоти на краю раны, и с третьего раза отчекрыжил кусок грамм на семьдесят, вздутый и мерзко смердящий, открыв сероватое мясо… Гноя на месте отрезанного куска ещё не было, хотя цвет плоти мне не понравился. С другого края раны ещё один такой же… но поменьше, намного, скорее кромку срезать, и всё… а вот глубже… надо! Зажим, сам держу, раненый дрожит и пытается отодвинуться от меня, даже без сознания, только бы… ничего, он не старше меня-прежнего, до перехода сюда, выдержит! Ещё кусочек… кажется, всё. Может, даже наверняка что-то осталось, но я не уверен, а раз не уверен – не трогай! Промыть… да, больше пока не надо… может, и совсем будет – не надо. Теперь – главное. Шприц, набираю полный, десять миллилитров – и начинаю осторожно и скупо обкалывать рану по периметру, в чистую кожу, в здоровое тело, разумеется… Создаю что-то вроде блокады, хотя даже понятия не имею, правильно ли действую! Меняю иглу и остаток в шприце, миллилитра три, вгоняю в вену у локтя – к счастью, судорожно подёргивающийся раненый сам «подкачал» сосуды, я её хорошо вижу… Теперь закрыть рану, и всё, для первого раза. Марлевые тонкие повязки, не столько бинтую, сколько прикрываю рану от воздуха, заодно пропитываю повязку раствором из котелка – не помешает, надеюсь. Кажется, закончили; пытаюсь выпустить скальпель из пальцев – разжимать приходится другой рукой. И болят пальчики так, будто я на них раз так полста отжался, на время! Чёрт, кажется… а, нет, перчатки целые, всё нормально. Не хватало себя самого резануть инфицированным лезвием!

- Ну что, командир? – День хрипит, как после кросса с полной выкладкой.

- Не знаю, Денис, не знаю… Я сделал что мог, если и это не сработает – то понятия не имею, что дальше делать. Точнее, ты и сам понимаешь, только ждать, когда он… выкарабкается сам… Ладно, давай-ка я, на всякий случай, и остальным по дозе вколю – им не помешает. Тебе не буду, как и себе…

- Да понятно… наверное, стоит кучу…

- Ты не понял. – перебиваю подчинённого, сам от себя не ожидал такого ледяного тона, а День на одних рефлексах вытягивается в струнку и только потом его глаза обретают осмысленное выражение! – Не денег жалко, и даже не сложностей по добыче этой штуки. Кстати, вернёмся – подписку придётся давать, о неразглашении, можешь начинать привыкать... Для нас сейчас эта штука скорее вредна, поскольку отлечивать нам особо нечего, а действует она в первую очередь как возбудитель. Не в том смысле… э-э-эээ, и в том тоже, хотя доза тут… – я смешался, мысли убежали куда-то в сторону. Однако заинтересованная физия ефрейтора вернула к реальности – В общем, это возбудитель регенерации, подхлёстывает организм так, что заростать всё начинает как на дворовом «кабыздохе». Вот только и… м-ммм, сырьё, для восстановления, он берёт из собственного же организма, понимаешь? Так что в ближайшие сутки, а то и двое, пока действие лекарства будет предельно ярким, Весло даже передвигаться будет шатаясь, а вот жрать – втрое от нормы, как минимум! Зато за пару-тройку суток от раны один шрам останется… ну, надеюсь. Давай свежий шприц, ширану и Коляна, и нашу спасённую, на всякий пожарный, мало ли что там у неё…

- Я всё слышу. – внезапно раздался голос Елены Михайловны. Слабый, но уже более-менее уверенный – отошла, кажется?

- И это прекрасно. – ответил я, глазами показывая Денису на медкомплект. Тот понятливо кивнул и через несколько секунд уже протягивал мне упакованный шприц.

- А это не вредно? – с некоторым испугом уточнила женщина, глядя на мои вполне уже уверенные действия с медицинскими инструментами.

- Ну, как вам сказать, – я пожал плечами – опасно или неопасно… вопрос, как всегда при лечении, без однозначного ответа. У вас может обнаружиться какая-нибудь редчайшая аллергия, именно на этот вид лекарства – и тогда действительно опасность нешуточная. Или внезапно мы лишимся наших запасов провизии и возможности их пополнить, и тогда неизвестно, что хуже – ваши возможные травмы и болезни, или сильный иссушающий голод…

- Я поняла, действуйте. – перебила она меня, подставляя под укол руку.

- Вот и хорошо. Теперь Веслу всандалю пару-тройку кубиков, больше не стоит, наверное… и порядок. День, ты как себя чувствуешь? – я и сам видел, что держится он на одном упрямстве.

- Нормально, командир. – ну да, а чего я ждал?