— Он познакомился с Хильдегард на зимнем спортивном курорте, а когда вернулся в Португалию, девушка, которая собиралась прожить с ним всю жизнь, обнаружила, что ее мечты рухнули. Их разбили безжалостно… это в характере Себастьяна… жестоко! Она была моложе этой австрийской вдовы и не так опытна, как та, поэтому не могла с ней соперничать. Просто не смогла его удержать! — Маркиза сжала унизанные кольцами пальцы, которые дрожали так же, как несколько минут назад дрожали пальцы Кэти. — Вы почти наверняка с ней встретитесь и увидите сами, что она бесподобна… У нее есть все! А Себастьяну не позволила к ней вернуться совесть. Как он мог снова прийти к юной, красивой девушке и сказать: «Возьми меня, все, что от меня осталось, потому что мое сердце лежит в могиле, и я сделаю тебя счастливой?» Да, она ему слишком дорога, может быть, он питает к ней слишком большую слабость… Но он уверен, что Хильдегард всегда будет для него на первом месте.

Кэти протянула обратно миниатюру и сказала твердым голосом:

— Думаю, я не возьму ее!

— Как хотите. — Маркиза положила миниатюру обратно в шкатулку с драгоценностями, где та хранилась. — И может быть, вы поступаете разумно. Что бы вы хотели получить взамен? — Она опустила руки в шкатулку.

— Ничего, — ответила Кэти и выбежала из комнаты.

В коридоре она столкнулась с Себастьяном, который искал ее, желая отвезти обратно в отель «Браунз».

— Кэти, уже поздно, — сказал он. — Я думаю, тебе пора, ведь завтра тебе столько всего предстоит.

Неужели он говорит с ней так же сухо, как его мачеха?

Кэти не могла здраво об этом судить, но она вцепилась в его руку обеими руками и посмотрела на него дикими глазами.

— Себастьян, — выдохнула она. — Существует одна вещь, которую ты должен понять, пока мы не поженились. Я выхожу за тебя замуж только по одной причине… Только по одной причине! — повторила она. — Ради моего отца!.. Только ради него!

Он посмотрел сверху вниз в ее карие глаза, в которых застыла безумная мука.

— Иначе я не вышла бы за тебя ни за что на свете!.. Ни по какой другой причине!

— Очень хорошо, Кэти, — тихо сказал он. — Я понимаю.

Она провела рукой по глазам и отвернулась от него.

— Это правда, — яростно и настойчиво произнесла она. — Чистая правда!

— А если бы твой отец умер сегодня ночью и тебе не понадобилось бы приносить эту жертву? — спросил он каким-то чужим голосом.

— Тогда я вернула бы тебе это кольцо… с удовольствием! — И слезы брызнули из глаз Кэти. Она сорвала кольцо и сжала его в пальцах. Синий сапфир ослепительно сверкал.

Глава 8

Только пять дней спустя Кэти узнала, что в день накануне свадьбы отец серьезно заболел. Вечером он умер. Барни Халлоран, его старый друг и врач, протелеграфировал, что перед смертью Шеридан пожелал, чтобы все шло, как задумано. Свадьба должна состояться, несмотря ни на что. Поэтому свадьба состоялась. Невеста понятия не имела о том, что произошло, а ее мать, сестры и леди Фитцосборн возвратились в Ирландию сразу после церемонии и отъезда молодых в Лиссабон.

Было решено рассказать обо всем Кэти лишь через несколько дней. Как и когда сообщить ей о случившемся, оставили на усмотрение мужа. Когда он рассказал ей все, Кэти не поверила своим ушам. Себастьян пожалел о том, что поторопился.

За два дня до этого они приехали на его виллу на побережье. Розовая вилла скорее напоминала летний дворец, а не дачу на берегу моря. Ее окружал прекрасный сад. Изумрудные, квадратно подстриженные лужайки. Аккуратные темно-зеленые изгороди вокруг фонтанов, дно которых устилала яркая мозаика. Повсюду изобилие весенних цветов. От этого торжества красок на фоне ярко-синего неба глаза с непривычки быстро уставали, и Кэти впервые в жизни обрадовалась темным очкам.

Благодаря очкам, стал заметен ее недавний легкий загар, потому что тем утром Себастьян повел ее купаться, а накануне они провели много часов на свежем воздухе. Они съели второй завтрак на уединенной террасе, с которой открывался вид на море… потрясающее море, похожее на ярко-синий дельфиниум… и выпили чай, сидя в тени дерева на одной из восхитительных квадратных лужаек. Ранним вечером им подали аперитивы на широкой главной террасе, на которую выходили окна огромной sala.

А после обеда — своего первого обеда наедине с мужем в одном из его домов — Кэти отправилась на прогулку при лунном свете, под темным бархатным небом, усеянным звездами, которые напоминали золотистые лампочки. Она слышала шепот моря, а от непривычного, опьяняющего аромата садовых цветов немного кружилась голова.