Читаем Будь моей сестрой полностью

Будь моей сестрой

Алексей Провоторов , Саша Герцберг , Елена Маючая , Яса Чарлан , Ирина Н. Невская

Дорогая Ира.

Прости, что долго не писал, не было времени. Учебка закончилась, уже два месяца я служу на новом месте. Где, сказать не могу. Служба у меня идет хорошо. Я узнал много нового. Как приеду, все тебе расскажу, ты ахнешь.

После учебки я не получал от тебя писем. Почему так? Надеюсь, у тебя все хорошо и ничего не случилось. В письме домой я просил маму рассказать, как ты, но она почему-то ничего не написала. После того как батя умер, ей очень тяжело. Ты ее, пожалуйста, не бросай. Навещай почаще. Я очень волнуюсь. За нее и за тебя. Напиши мне, очень тебя прошу.

А так у меня все хорошо. Ребята в роте у нас веселые. Живем и служим мы дружно, без проблем. Я теперь настоящий десантник, с парашютом прыгал, берет у меня есть и значки за хорошую службу. Как вернусь, ты меня не узнаешь. Я стал намного сильнее, чем был раньше, даже когда занимался боксом. А еще я разведчик самый настоящий. Но не как в кино про Штирлица. Помнишь, мы с тобой смотрели? Тут вообще все по-другому, не так, как я раньше думал. Но писать об этом не могу. Военная тайна.

Кстати, наши девчата из медсанбата в учебке говорили, что я красивый. На киноартиста похож. Но ты меня к ним не ревнуй. Я люблю только тебя. И когда вернусь, мы с тобой поженимся, как договаривались.

А если заречные будут опять к вам лезть, скажи нашим пацанам с завода. Они разберутся. А за Синюка не волнуйся, он тебя больше не тронет. Если что случится, когда вернусь, я его урою. Мне уже недолго осталось. Чуть больше года.

Ну все, скоро у нас отбой, заканчиваю. Напиши мне, пожалуйста, я очень жду. Еще раз прошу, навещай мою маму. Она тебя очень любит. Передавай приветы всем нашим пацанам и девчатам. Славику скажи, что в Ташкенте тоже идет снег. Так что он мне проспорил.

Люблю, целую, скучаю.

Твой Вадик

На привал остановились в горной долине, в тени высокого утеса. Местность вокруг просматривалась как на ладони. Было тихо, только, как далекие раскаты грома, ухала артиллерия. Работала по высоткам.

Разведрота была на боевых уже больше недели. В горах окружили большую группировку духов. Заодно перерезали транспортный поток, который через ущелья снабжал их из Пакистана. Перед наступлением местность обработали авиация и артиллерия. Казалось, до сих пор в воздухе висит запах пороха и бензина. Тут и там находили следы налетов и обстрелов. Оставленные жителями сгоревшие кишлаки, разорванные трупы, дымящиеся воронки. В одной из пещер обнаружили временную базу духов. После попадания зажигательного снаряда нутро пещеры выгорело, а все, кто там был, превратились в обугленные скелеты. Внутри стоял сладковатый запах сгоревшего мяса.

Десантники устало расселись на камнях, между которыми лежал подтаявший снег. Кто-то пошел с флягой к ручью неподалеку. Остальные тихо разговаривали, перешучиваясь. Ножи вскрывали консервные банки. Ели быстро, жадно.

Вадиму кусок в горло не лез. Он лениво подцепил ножом тушенку и отправил в рот. Почти полную банку отдал товарищу справа. Полез в вещмешок, достал сложенный листок бумаги. В сотый раз перечитал наизусть выученные строки.

– Чего не ешь, чижик? – с набитым ртом спросил сержант Махнов.

– Не голодный, – буркнул Вадим.

Перейти на страницу: