Читаем Бросок Венеры (ЛП) полностью

-Это дело такого свойства, что оно имеет отношение к некоторым общим знакомым. Собственно, к двоим знакомым, один из которых жив, а другой… - евнух при этих словах имел вид человека скорее скрытного, чем опечаленного. Впрочем, на его лице никакое выражение не казалось искренним – он словно бы менял одну маску на другую. – Двое общих знакомых, - повторил он. – Один – убийца, другой – его жертва. Первый сейчас шагает по Форуму, пересмеиваясь с друзьями и обрушивая проклятия на головы врагов, а второй тоже шагает – но по царству Аида, тень среди других теней. Не исключаю, что там он встретит тень Аристотеля, и они смогут выяснить, кто из них глубже проник в тайны мироздания.

-Дион, - прошептал я.

-Да, я говорю о Дионе и его убийце. Это и есть то дело, которое привело меня к тебе.

-Дело – но чьё?

-Моей госпожи. Она занялась этим делом, и не отступится от него.

-Кто она? – спросил я уже с тревогой.

-Идём, навестим её. Она очень хочет встретиться с тобой, - своим видом Тригонион напоминал сутенёра, изо всех сил старающегося завлечь клиента в объятия шлюхи.

-Скажи мне её имя, - медленно проговорил я, сдерживаясь изо всех сил.

Жрец со вздохом закатил глаза.

-Ну хорошо. Её зовут Клодия, - выдержав паузу, он заметил выражение моего лица и рассмеялся: - А, я вижу, ты уже наслышан о ней!

Глава девятая

По дороге к выходу мы повстречали Бетесду и Диану.

-Куда ты собрался? – моя жена скользнула холодным взглядом по Тригониону, скрестила руки на груди и наградила меня взглядом Медузы. Интересно, как такая женщина могла быть чьей-то рабыней, а уж тем более моей? Диана стояла рядом с матерью и чуть позади. И она скрестила руки, расправила плечи и старалась копировать тот же властный взгляд.

-На улицу, - ответил я. Руки Бетесды не шевельнулись – мой ответ её не удовлетворил.

-У этого галлуса на примете есть работа для меня, - пояснил я.

Она обратила на маленького жреца взгляд столь пристальный, что я бы не удивился, увидев, как он обращается в камень. А он вместо этого улыбнулся ей. Оба они казались совершенно неуязвимыми друг для друга. Бетесда не смогла запугать Тригониона, а тот – очаровать её.

-Тебе следует взять с собой Бельбона, - вот и всё, что она смогла сказать прежде, чем опустить руки и отправиться своей дорогой. Диана двинулась следом, подражая величественной походке матери – пока я, подскочив, не пощекотал её под мышками. Девочка с громким смехом побежала вперёд, ткнувшись в спину Бетесды. Обе они обернулись ко мне – хохочущая Диана и Бетесда с поднятыми бровями и призраком улыбки на губах.

-Возьми Бельбона! – повторила она прежде, чем развернуться и уйти. Теперь я понял ход её мыслей: она помнила Тригониона, приходившего к нам с Дионом, знала об убийстве философа, и теперь, когда я уходил с Тригонионом, опасалась за меня. Связь, конечно, не самая непосредственная, но…

Втроём – галлус, Бельбон и я – мы вышли на залитую солнечным светом улицу. Было уже достаточно тепло, в воздухе дразняще пахло весной, солнце нагревало камни мостовой. Тригонион извлёк из складок своего одеяния маленький жёлтый зонтик, раскрыл его и поднял над собой.

-Наверное, мне следовало надеть шляпу с полями пошире, - заметил я, поглядывая на небо, где не было ни облачка.

-Мы ведь идём совсем недалеко, - ответил галлус. – Пройдём прямо не больше двух кварталов, а потом надо будет свернуть направо.

Мы шли по улице мимо дома, где жил Марк Целий. На верхнем этаже все ставни были закрыты, несмотря на надвигающуюся жару. Неужели он спал, в такое-то время суток? Вот это жизнь!

Дом принадлежал популисту Клодию, с чьей сестрой мне предстояло увидеться. Какой же всё-таки тесный город Рим, думал я, и с каждым годом он становится всё теснее. Прежде я никогда не встречался с этими скандально известными Клодиями. Они состояли в дальнем родстве с моим старым покровителем Луцием Клавдием, но наши пути ни разу не пересекались. Меня такое положение дел вполне устраивало. В последние годы я стал крайне разборчив в отношении и тех людей, которым я согласен помочь, и тех, которым я хотел бы противодействовать. Клодий и Клодия, судя по тому, что я о них слышал, относились к той породе, с которой лучше всего просто не иметь дела.

Посторонний человек, жалующийся на кражу фамильного серебра; давний приятель, который вдруг стал получать анонимные письма с угрозами; молодая женщина, несправедливо обвинённая мстительной свекровью в супружеской измене – когда такие люди просили меня об услуге, я охотно использовал свои знания, чтобы помочь им. Но те, кто располагает большой силой, у кого повсюду тайные соглядатаи, те, кто может чужими руками расправиться с противником – Помпеи и цари Птолемеи этого мира – представляются мне людьми, которых лучше не задевать. Даже если это означает отказ в помощи старому другу, даже если ради этого приходится отворачиваться от Диона Александрийского.