Читаем Бросок аркана полностью

– А если она у подъезда? А если водитель видел, что эти твари вошли сюда, а обратно не вышли?

– Ну и что с того?

– А если у него в машине есть рация или какой-нибудь сотовый телефон? Что там сейчас модно – я в армии совсем от жизни отстал? Если он успеет позвонить своим, поднять тревогу?

– И что? – Самойленко не понимал, чего опасается друг.

– А его дружки тоже могут быть на машинах, и тогда все окажется напрасным – на нас снова повесят хвост или, что еще более неприятно, просто приедут всей толпой, чтобы расстрелять. Кстати, ты не посмотрел, у этих гавриков оружия не было? – Аркан кивнул наверх, туда, где за мусоропроводом остались лежать вырубленные им бандиты.

– Не-ет, – протянул Самойленко, – мне до них дотрагиваться противно было.

– Ясно. Тогда вот что – рюкзак и сумку оставляй мне, а сам выходи на улицу и садись на лавочку у подъезда. Осмотрись. Если все чисто – сделай мне знак, я буду из окна между вторым и третьим этажами за тобой наблюдать, а заодно и карманы этих дурачков проверю. Если же увидишь эту чертову машину – постарайся как-нибудь мне указать, в какой стороне она стоит. Только, Коля, действуем быстро, времени у нас в любом случае немного.

– Хорошо, я пошел.

– Погоди пару секунд, дай мне наверх подняться.

Аркан взбежал по лестнице на несколько пролетов выше и осторожно выглянул в окно. У подъезда машины не было. Коля сидел на лавочке, не пытаясь подать своему товарищу никаких знаков, и Анатолий понял, что "девятка" где-то совсем рядом. Он стал еще внимательнее присматриваться к другу, пытаясь заметить момент подачи сигнала.

Аркан понял напарника – Николай, вытащив из кармана сигареты, закурил, а спичку совершенно неестественным движением кинул себе за спину. Значит, машина где-то в той стороне?

Аркан, не раздумывая больше, бросился наверх, на самый последний, так называемый технический этаж – туда, где, как он знал, обычно была лестница на крышу. Он молил Бога только об одном – чтобы ход этот не оказался заварен железной решеткой.

Ему повезло, и с крыши он смог осмотреться и засечь "девятку" чеченцев. Машина и впрямь стояла в той стороне, куда бросил спичку Самойленко, у соседнего подъезда, и Аркан радостно потер руки – он мог подобраться к "девятке" незаметно, спустившись с крыши в крайний подъезд дома.

Так он и сделал.

Осторожно оглядевшись, он пошел к машине, стараясь держаться с правого ее борта, чтобы водитель, сидевший за рулем и неотступно следивший за подъездом, в котором исчезли чеченцы, как можно позже его заметил. Поравнявшись с "девяткой", Аркан еще раз быстро огляделся и, убедившись в том, что поблизости никого нет, подошел сзади к дверце водителя. Старшина успел рассмотреть только профиль сидевшего за рулем, но и этого оказалось достаточно, чтобы с первого же взгляда понять – водителем "девятки" тоже являлось лицо, выражаясь языком милицейских протоколов, "кавказской национальности". Последние сомнения отпали – этот кавказец был явно заодно с уже выключенными чеченцами и действовал с ними в одной связке.

Стекло водительской дверцы было опущено, а фиксатор замка поднят. Это было на руку Аркану.

Мгновенно оценив ситуацию, он рванул дверцу автомобиля на себя.

Чеченец не успел среагировать – он вздрогнул от неожиданности, повернул голову на звук открывающейся дверцы, но тут же сильные руки Аркана схватили его за лицо и затылок. Сильный рывок, хруст шейных позвонков, и голова кавказца бессильно упала.

С ним все было кончено.

Аркан убедился, что не привлек внимания посторонних, бесцеремонно передвинул бездыханное тело водителя на пассажирское сиденье, перекинув его ноги одну за другой через рычаг коробки передач, а сам, забросив свой мешок и сумку Самойленко назад, сел за руль "девятки". Он завел двигатель и прокатил десяток метров вперед – к тому подъезду, где на лавочке его терпеливо ожидал Самойленко,.

– Коля, давай сюда!

– Толик, ты?!

– А то кто же!

– Слушай, глазам своим не верю! Как тебе это удалось? – Николай бросился к машине, не сразу заметив бездыханного водителя. Пытаясь открыть переднюю пассажирскую дверцу, он едва не вывалил тело на асфальт.

– Нет, садись назад! – остановил его Аркан, энергично кивая на заднее сиденье. Только тут Самойленко понял, куда делся водитель "девятки".

– Ого! Ты что его – тю-тю?

– Нет, поспать уложил! – с легким раздражением ответил Аркан. – Что ты, Коля, такие глупые вопросы задаешь? Лучше опусти спинку его сиденья, пусть откинется, а то башка его маячит в окне. Мало ли где мы ментов встретим.

– Ну, брат, дела! – ворчал журналист, возясь с трупом. – Мало того, что машина краденая, мало того, что в ней мешок наркотиков, так в ней еще и жмурик с переломанной шеей.

Николай догадался о причине смерти чеченца, заметив, как беспомощно болтается голова трупа на ухабах.

– Коля, кончай! Далеко мы не поедем – разве что пару кварталов. Надо хоть немного запутать следы, если за нами идет еще кто-то. Так что не ной, я тебя прошу, не трави душу – я ведь только несколько часов как в Москву вернулся, а сесть могу до конца жизни.

– Да я молчу.