Читаем Бронепоезд 'Спартак' полностью

- Так. А що ж вы с Александровська?

- Трэба.

- А що ж вам трэба?

- А ну, что я с тобой буду балачками заниматься! Кличь товарищей начальство. Ну!

- А що ж я буду клыкать, як воно и само идэ.

Щус подходит, матрос черноморский со "Свободной России", вторая голова повстанья. Венгерка на братке ярко-синяя с золотом, фуражка - с ленточкой георгиевской черноморской и шпалеруха "Стейер" в пол-аршина.

- Здоров.

- Товарищки дорогие!

- Гостэчки дорогие!

Не знает, как принять, как посадить.

Матросы о командире третьей бригады спрашивают:

- Як батько?

- Батько живэ.

- Ну, и добрэ.

Вежливость сначала. Теперь пора чуть-чуть и к делу:

- Щус, як воюетэ?

- Дякую, гадов бьемо, аж пыль лэтыть. Зараз бой хранцюзам даемо... У порту эскадра...

* * *

"Мариуполь занят"... Но в порту французская эскадра. Не тороплива ли была телеграмма третьей бригады?

* * *

Дальше разговор:

- Знаем. С того, друже, и летели сюда. Как там на эскадре?

- Ультиматум им с Красной Армией дали, шоб убирались к боговой матери.

- Так, лихо им в рот!

- Порушимо. В двенадцять годын по хрянцюзам огонь откроемо з вашего бронепоезда, як з Мариуполя не повыкатяться. Вы тилько доглядайте за бронепоездом. Воны там аутономыю разводьят... Бис их знае, що воны думають... Ескадры, мабуть, пугаются...

Бронепоезд "Спартак" - недавно сформирован, - по портовой ветке пошел. Партизаны глядят:

- О, идэ!

Три товарища с паровоза идут на "Спартак" и дают пакет командиру бронепоезда. Три товарища летели с пакетом потому, что прямые провода во фронтовом районе - нам не гарантия.

В 12 часов, в полдень, истекает срок ультиматума, от имени Красной Армии предъявленного командованию французской эскадры: "Красная Армия требует очистить Мариупольский порт. Красная Армия требует прекратить погрузку угля на французские суда. Уголь - достояние Украинской Советской республики".

Ответ гласит:

"Французская республика. Правительству России в свое время были предоставлены Францией суммы, кои не возмещены, и принимаемый по необходимости военного времени уголь из запасов Мариупольского порта является компенсацией, получаемой Францией за означенные выше невозмещенные суммы, как упомянуто и как подчеркивается повторно, в свое время предоставленные ею правительству России. К сему командующий французской эскадрой.

Рейд Мариупольский. 24 марта 1919 г.".

Ответ на ответ гласит: "Суммы, упоминаемые командующим французской эскадрой, предоставлены были правительству царской России, но не правительству Советской Республики. И потому за этими суммами надлежит обращаться именно к тем, кто эти суммы получал. Напоминаем свое требование: в 12 часов сего числа французским судам надлежит сняться с якорей и покинуть Мариуполь".

Ответ гласит: "Французская республика. Доводится до вашего сведения, что погрузка угля будет продолжаться. К сему командующий французской эскадрой".

"Спартак" стоит. Эскадра в порту. В бинокль видно - уголь грузят. А уголь донецкий, знаменитый. Угля этого в Балтике ждут, угля этого заводские кочегарки Украины и России ждут!

В двенадцать часов будет решение дела. "Спартак" поступит согласно революционной необходимости. Пакет-приказ доставлен. Три товарища об этом просили, и обещала команда - выполнить.

* * *

Щус спросил:

- Ну, як? Выполнят?

- Выполнят.

- Без аутономыи?

- Все будет в порядке.

* * *

На "Спартаке". Часы вынуты. Снаряды из гнезд погреба вынуты. На случай боя в городе, если будет французский десант, гранаты ручные вынуты. Пулеметные ленты из ящиков концами вынуты.

У носового орудия матросы стоят. На корабли Франции смотрят.

- Стоят, гады!

Матросы и ругаются, и любуются кораблями Франции, скользят глазом по бортам, мачтам и трубам... Фартовые корабли! Дадут залп - бож-же мой! пропадешь. Мысли сразу являются на этот счет...

- Сколько осталось?

- Без восьми.

- Охо-хо!.. Фартовые корабли! А наши - потопленные в Новороссийске лежат... Ы-ых!..

Стоят французы один-в-один - миноносцы и транспорта. Горят, блестят красота, помереть можно! Комендоры спартаковские тихо на скрещение нитей прицела самую красоту эту и блеск уже взяли. Взяли исподтишка. Приходится... Да, вот: хорошо, удобно брать прицел, когда у противника блестят корабли, когда спасательные круги белеют отчетливо, когда медь горит.

- Ну, как?

- Без семи.

К бронепоезду Щус подходит:

- Здоровэньки булы, хлопцы!

- Здорово, Щус.

Оглядел. Видит - готовятся. Улыбается Щус - боевой дьявол!

- Гарнэнько. Як там, товарищки, скильки осталось?

- Пьять минут.

- Поковиряемо! (Видит - лица боем не горят.) Хлопцы, вы не бойтэсь... Вы ще нэ бачили, яки ми бои на Украине приймали! Потроха хранцюзам пораскидаемо. Никому угля не дамо. Партизаньский уголь. Ми им нагрузимо!

- Щус, дай по банке!

- Могу усю команду угостыть. Тилько постарайтэсь.

Дернули по банке, кишки ожгли. Хорошо!

Балакают со Щусом, на часы поглядывают.

Партизаны берегом вперед выдвигаются - на эскадру цепью идут. Лихие хлопцы!

Петр Попов к прицелу орудия прилип. Минута осталась.

- Глаз выдавишь, Петро!

- Не бойсь.

Глядит Щус на эскадру. Оценивает. Сам моряк. Петру Попову командует:

- Наводь, на полный!

- Есть.

* * *