Читаем Броненосец «Потемкин» полностью

Часы, находившиеся на руке Голикова, показывали 8.20 и столп воды, от вражеского крупнокалиберного снаряда встал слишком близко. Евгения Николаевича, слегка обрызгало и чуть оглушило, но голову его занимали следующие мысли: «Что случиться если он, пользуясь своими более крупными орудиями потопит один корабль противника? Он будет зачинщиком войны, хотя нет, самураи стреляли первыми, а если он кого-либо из них повредит, то наоборот, поможет нашему флоту на Дальнем востоке. Пока японцы будут ждать подкреплений пройдет время, за которое корабли будут стоять у стенки. Просто для него война начнется здесь и сейчас. Что будут говорить матросы которых лишили заслуженного развлечения в виде рыбной ловли в Красном море, традиционной забавы после прохождения Суэцкого канала, а вместо этого сунули в бронированном корпусе под японские снаряды. Да в сущности плевать, ведь он капитан здесь первый после Бога, противников двое и честь Андреевского флага посрамить в любом случае нельзя».

Николай Бурлаков сканируя мысли капитана так сказать онлайн, имел и свои: «С устройством энергетической установки корабля он разобрался, а значит выполнил дополнительное задание, получит бонусы. Здесь используются те же ртутные шары с начинкой, которые греются сами и раскаляют колосниковые решетки, а статическое электричество, бегущее на подводную часть корабля, собирается с него и направляется на возбуждение подобного нагрева. Осталось выиграть каким-то образом русско-японскую войну. Но раз так сложились обстоятельства, значит так тому и быть».

Помимо Голикова в рубку забились все, кому это положено. Лишнее место занимала лишь туша Шульца, но она была видимо пропорциональна его опыту и все были предпочли смириться.

На горизонте всё явственнее выделялись японские крейсера и вот они дали залпы уже из 8-дюймовых орудий.

Бурлаков представил как было в реальности крейсеру «Варяг» или «Рюрику», ведь он то вступает в бой на броненосце, а они-то фактически грудью стояли против осколков этих мощных снарядов, первый был бронепалубный, второй нес броневой пояс, но лишь на ватерлинии, с начинкой из десяти килограмм мелинита47.

Сейчас бронированный исполин мобилизовался, все стали на свои места, даже пораженные социалистической пропагандой, как самым страшным оружием, она проникает в мозг и разъедает его с виду не видимая, но очень опасная, а гордый корабль разрезая форштевнем соленую воду красного моря шел на противника, чтобы боем связать два корабля врага, еще не дошедших до основного флота и не усиливших его своим орудиями и броней.

Японские крейсера еще под первыми своими названиями, а переименование, как знают матросы всегда не к добру. (Картинка из газеты TacomaTimes)

В течении последующих десяти минут корабли легли практически на параллельный курс, причем ни та, не другая сторона скорость не поднимала, так и идя экономическим ходом, пар в котлах еще разводили. Если японцы пристреливались, то Козлов в обличии Шульца, взявшего на себя обязанности старшего артилерийского офицера, велел только прогреть стволы холостыми выстрелами. На, что Николай Николаевич, обращаясь к Бурлакову сказал:

–Учись студент, и больше в моей вотчине не командуй, лучше рули как надо, чтобы дистанция ровной была.

– Очень интересная, по-твоему, функция капитана корабля, – оскорбился Бурлаков, – помочь артиллеристам вести огонь, а маневры намеченные на сокращение дистанции, или в зависимости от полученных повреждений и возможностей энергетической установки её увеличения а также всё не связанное с артиллерией, а например добивание противника самодвижущимися минами, это по твоему второстепенно?

– На данном этапе развития техники да! – произнес Козлов смотря на приборы, – ты не балаболь, так как мы в нашей реальности, а не где-то еще.