Читаем Броненосец полностью

— Ладно, я сделаю официальное предложение, вы мне добудете письменное «добро», мистер Блэк, и на этом дело будет кончено. — Он склонил голову. — Раз десять миллионов — это путь наименьшего сопротивления, тогда я — с огромной неохотой — уменьшу свой иск по делу «Федора-Палас».

У двери Гейл повернулся к Лоримеру, преграждая выход. Его загорелое лицо налилось кровью, злость окрасила кожу в кирпичный цвет.

— Люди вроде вас, Блэк, — дерьмо. Вы подонки. Вы ничем не лучше воров, вы подлые и грязные вруны. Вы с удовольствием берете у нас деньги, а когда дело доходит до выплаты…

— Пожалуйста, дайте мне пройти.

Лоример отступил в сторону, а Гейл продолжал тихо поливать его грубой руганью.

— Как только мы получим ваше сообщение, мы с вами свяжемся, мистер Гейл. Вероятно, завтра.

Лоример спустился в жужжавшем лифте в холл первого этажа с его пышной зеленью и мягким освещением; в голове у него что-то пульсировало, в груди было свободно и легко, будто ее заполнили бурлящие пузырьки, и (странно, такое с ним впервые) глаза щипало от навернувшихся слез. Однако за ликованием, за напористым ощущением триумфа глухо звучала предостерегающая нотка. Гейл казался разозленным, это верно: он ведь только что потерял 17 миллионов фунтов, которые, как, вероятно, он думал, уже лежат у него в кармане; но, по мнению Лоримера, он был все-таки недостаточно разозлен. Недостаточно — в этом-то вся беда. Почему? Это вызывало тревогу.