Читаем Бронеавтомобили «Остин» полностью

Наличие кормового управления позволяло броневикам применять тактику, сведения о которой можно почерпнуть из "Журнала военных действий" уже другого — 28-го взвода: "13 февраля 1916 года, после произведенной разведки, броневой автомобиль "Марс", выехав к мызе Огер в 10 часов вечера, начиная от мызы Силле, задним ходом приблизившись к противнику на расстояние 600 — 800 шагов, открыл огонь по работающим немцам из пулеметов. Выпущено 12 лент. Немцы открыли артиллерийский и ружейный огонь по машине, но безрезультатно". Бронемашина, видимо передним ходом, позволявшим развивать большую скорость, просто вышла из-под обстрела.

"Остины" 2-й серии пошли на вооружение начиная с ноября 1915 года. Всего же с 23 декабря 1915 года по 12 июля 1916 года на фронт отправили 56 броневиков, еще 4 машины находились в резерве, а 1 броневик поступил в Собственный Его Величества гараж в распоряжение заведующего технической частью гаража прапорщика А.Кегресса для установки его "приспособления".

Первый в мире полугусеничный автомобиль Кегресс испытал еще в 1909 году. В течение последующих пяти лет, совершенствуя свой гусеничный движитель и последовательно опробовав его на автомобилях "Лесснер-Мерседес" и "Руссо-Балт", изобретатель добился его полной работоспособности и надежности.

В октябре 1915 года Кегресс представил на рассмотрение технического комитета ГВТУ образец, чертеж и описание автомобиля-саней своей конструкции. Комитет высказал мнение, что "крайне желательно испытать приспособление Кегресса на автомобилях разных систем, а особенно возможность его применения для броневых автомобилей".

Сильно переделанный "Остин" 1-й серии. Корпус броневика переставлен на другое шасси. Бронеавтомобиль назван в честь станицы Усть-Медведицкой области Войска Донского. 1-й бронеотряд Донской армии, лето 1919 года.

"Остин" 2-й серии. В таком виде бронеавтомобили поступали из Англии.

В августе следующего года прапорщик предъявил полугусеничный бронеавтомобиль к испытаниям. В течение двух месяцев — августа и сентября — машина прошла обширную программу испытаний на проходимость в окрестностях Царского Села и Могилева, а затем и на продолжительность работы во время пробега Могилев — Царское Село. Результаты превзошли все ожидания: "Автомобиль... свернул с дороги на целину, переехал придорожную канаву, затем пошел со значительной скоростью по мягкому травянистому грунту, свободно и плавно преодолевая различные неровности.

...Поднялся на Пулковскую гору напрямик по склону, по влажному растительному грунту. При подъеме шофер имел возможность местами ставить вторую скорость. Перегревания мотора замечено не было. Наконец, автомобиль без особых усилий перешел небольшое кочковатое болото, где местами вода сплошь покрывала почву. Никаких поломок замечено не было, за исключением погнутия левых направляющих дуг..."

Пробег Могилев — Царское Село позволил проверить "приспособление Кегресса" на выносливость при движении по шоссе, после того как машина прошла 286 верст по бездорожью Могилевской губернии. Нагруженный по-боевому до полной массы в 332 пуда, бронеавтомобиль преодолел 725 верст за 34 часа 15 минут при незначительных повреждениях.

Заключение комиссии гласило: "Потребность Действующей армии в автомобилях, могущих проходить по бездорожью, крайне велика и спешна, а потому, по мнению Комиссии, следует принять все меры к скорейшему изготовлению приспособления Кегресса для необходимого количества автомобилей всех типов: броневых, грузовых, легковых".

К лету 1916 года на основе применения пулеметных автомобильных взводов на фронте выявилось, что столь мелкая организация и не совсем удачная система подчинения отрицательным образом сказывается на действиях броневиков. Стала очевидной необходимость укрупнения броневых частей.

Последний толчок для перехода на новую организацию дало участие бронеавтомобилей в летнем наступлении Юго-Западного фронта (Брусиловский прорыв). Именно здесь наиболее негативно проявила себя взводная система, не позволявшая применять броневики массированно. Например, под Луцком на направлении главного удара действовало три взвода, каждый совершенно самостоятельно и без всякой связи друг с другом. Несмотря на их успехи, которые широко освещались в русской печати того времени, они не оказали существенного влияния на ход операции. Положительный же опыт объединения взводов в более крупную тактическую единицу был накоплен в 1 -й автомобильной пулеметной роте.