Тем более что значительная часть семей, в которых живут скинхеды, относятся к неблагополучным и низкодоходным, подверженным различим порокам, в том числе и пьянству. Эти семьи можно назвать маргинальными семьями. В таких семьях родители могут вообще не расспрашивать подростка о его внутреннем мире, его убеждениях, взглядах, принципах и происходящих с ним переменах, в том числе и идеологических, не интересоваться его время провождением, друзьями, кругом общения и т.д. Сегодня их интересует в основном вопрос о том, как добыть средства к существованию. А часть этих родителей может вообще не интересоваться, что делает их сын или дочь, будучи занятыми делами поважнее, например, поисками денег на «опохмелку».

Символическое преодоление юношеского кризиса (недостатка признания)

Юношеский кризис – это кризис возможностей, подросток ощущает, что его мечты о высоком статусе в обществе не могут сбыться сию минуту. Путь реального преодоления такого кризиса ясен: учеба, работа, профессиональный рост, повышение социальной активности. Но это так долго… Отсюда стремление «броском» компенсировать свою неуверенность, трудность на равных со взрослыми участвовать в жизни общества» (65).

Тем более в сегодняшних трудных и неблагоприятных условиях (политических, экономических, социальных), когда общество жестоко и круто по отношению к слабому и незащищенному и не поддерживает, а топит его, топит неучастием, равнодушием к его судьбе, нежеланием, а зачастую и отсутствием возможностей, средств для помощи.

А за достойное место под солнцем надо бороться. Причем бороться не только умственно, но и физически, напрягая все свои силы, не так, как раньше: 10-20 лет назад (в так называемый период застоя), когда общество и государство всегда могло предоставить индивиду определенную социальную нишу, невысокую, но устойчивую зарплату, четкие социальные гарантии. Естественно, что в большинстве своем эта система особого восторга у населения в то время не вызывала, а вот сегодня о ней вспоминают прямо-таки с умилением.

Но сегодня молодежи не до размышлений. Надо зарабатывать деньги. Надо не оказаться на обочине жизни. Надо хвататься за любую работу, в том числе и самую незавидную – тяжелую, грязную, низкооплачиваемую, работать грузчиком, лоточником, уборщиком, сидеть в палатке или ларьке. Можно работать на государственной службе, получая небольшую но стабильную зарплату, которую, правда стали частенько задерживать, но сантехник, слесарь, разнорабочий – профессии тоже явно не престижные и низкостатусные.

Однако сейчас не время для выбора, надо поддерживать свое физическое существование, надо зарабатывать деньги даже в очень небольшом их количестве. И естественно, в молодости очень тяжело ощущать себя никем, ощущать себя находящимся на самом низшем уровне, в то время когда противостояние и поляризация между узким слоем богатых и огромным слоем бедных достигает рекордно высокого уровня. И когда в обществе было резко и внезапно уничтожено понятие равенства, всеобщей уравниловки, хотя и не соблюдаемой повсеместно всеми членами общества, во всех социальных слоях и группах, однако, словесно и идеологически не опровергающейся (во всяком случае прилюдно) и, главное, вульгарная показная роскошь и сиюминутное невероятное богатство никогда так не бросалось в глаза, показывая бедным и нищим слоям населения насколько плохо они живут и насколько хорошо живут те – богачи. Никогда еще пропасть между богатыми и бедными (за все годы существования СССР и советской власти) не была так глубока и не ощущалась так отчетливо.

Чувство неполноценности, чувство выброшенности из «большой жизни», чувство неравенства порождает у юноши тоску, апатию, ощущение ненужности, бесполезности своей жизни, своего существования. Как следствие этого, он может искать выход в пьянстве, наркомании, токсикомании, сумасшествии, и даже суициде. Но вместе с тем у юноши и молодого мужчины могут возобладать и другие чувства и эмоции: злобы, агрессии, ненависти и т.д., которые постоянно, сублимируясь и накапливаясь, настоятельно требуют выхода, неважно какого, но действия, вплоть до порчи чужого имущества и предметов роскоши (машин, дач, мебели и т.д.) у богатых, или совершения краж, грабежей, разбоев.