Читаем Брисингр полностью

Полет на Сапфире требовал постоянного напряженного внимания, но сейчас, поскольку крылья ее двигались относительно медленно и ритмично, Эрагону не нужно было особенно следить за равновесием, как во время поворотов, или пикирования, или еще каких-либо сложных маневров. Эрагон почти отдыхал, то беседуя с Сапфирой, то обдумывая события последних недель, то просто любуясь все время менявшимися пейзажами, проплывавшими внизу.

«Ты воспользовался магией, не прибегая к древнему языку, когда на тебя напали те гномы, — вдруг вспомнила Сапфира. — А ведь это очень опасно!»

«Да, я знаю. Но у меня не было времени вспоминать нужные слова. И потом, ты ведь тоже никогда не пользуешься древним языком, когда творишь заклятья».

«Я — это совсем другое дело. Я — дракон. Нам не нужен древний язык, чтобы выразить то, чего мы хотим, мы и так это знаем и не меняем принятых решений так легко, как эльфы или люди».

Оранжевый диск солнца был уже всего в ладони над горизонтом, когда Сапфира, вырвавшись из узкой долины, полетела над безлюдными, поросшими травой равнинами, прилегавшими к Беорским горам. Выпрямившись в седле, Эрагон огляделся и покачал головой: он был поражен тем, какое расстояние они уже пролетели.

«Жаль, что мы не смогли сразу полететь в Эллесмеру, — сказал он Сапфире. — Тогда мы бы могли гораздо больше времени провести с Оромисом и Глаэдром».

Сапфира выразила свое согласие.

Она продолжала лететь, пока не село солнце и не появились первые звезды, а небо за горами не приобрело пурпурно-лиловый оттенок. Она могла бы лететь и дольше, до самого утра, но Эрагон настоял на том, чтобы остановиться и немного передохнуть.

«Ты еще не пришла в себя после того перелета, до Фартхен Дура. Мы можем завтра лететь хоть весь день и всю ночь, если будет нужно, но нынче ты должна поспать».

Хотя Сапфире его предложение не очень понравилось, она тем не менее согласилась отдохнуть и приземлилась возле ивовых зарослей на берегу какого-то ручейка. Эрагон слез с нее и обнаружил, что ноги у него настолько затекли, что он с трудом сохраняет равновесие. Он расседлал Сапфиру, разложил на земле свою постель и улегся, свернувшись калачиком и прижавшись спиной к теплому драконьему боку. Палатка ему не требовалась — Сапфира прикрывала его своим крылом, словно соколиха, охраняющая птенцов. Оба довольно быстро уснули, и сны их переплетались каким-то странным, необыкновенным образом, ибо и во сне мысли их были неразрывны.

Едва посветлело небо на востоке, Эрагон и Сапфира снова пустились в путь, летя высоко над зеленеющими равнинами.

Ближе к полудню им в лицо задул сильный ветер, сильно замедлив полет Сапфиры и заставив ее снизить скорость почти в два раза. Сколько она ни старалась, ей так и не удалось подняться в более высокие воздушные слои, где не было бы ветра. Целый день ей пришлось бороться с противостоящим воздушным потоком, и она страшно устала, хотя Эрагон и передал ей немало своей энергии. К полудню она совершенно выдохлась и спланировала вниз, на небольшой бугор посреди заросшей травами равнины, где и приземлилась, распустив крылья по земле, тяжело дыша и вздрагивая от усталости.

«Видимо, нам лучше здесь и переночевать», — сказал Эрагон. «Нет».

«Сапфира, но ты же не в состоянии лететь дальше! Давай устроим здесь лагерь и подождем, пока ты не восстановишь силы. Может, к вечеру ветер вообще уляжется».

В ответ послышался шорох ее языка — она облизнулась и снова тяжело задышала.

«Нет, — повторила она. — Это ни к чему не приведет. На этих равнинах ветер может дуть неделями, даже месяцами. Не стоит дожидаться, пока он уляжется». «Но…»

«Нет, я не хочу здесь задерживаться, хоть и устала. Слишком многое поставлено на кон…»

«Тогда давай я поделюсь с тобой той энергией, что содержится в Арене. Ее там более чем достаточно. Она сможет поддерживать тебя на всем пути до самого Дю Вельденвардена».

«Нет, — снова сказала Сапфира. — Прибереги энергию Арена на тот случай, если у нас вдруг ее совсем не останется. Я вполне успею отдохнуть и набраться сил в лесу у эльфов. А запасы, хранящиеся в перстне, могут понадобиться нам в любой момент; не стоит тратить магию Арена всего лишь на то, чтобы я почувствовала себя немного лучше».

«Но мне тяжело, когда ты страдаешь…»

Она чуть слышно заворчала:

«Мои предки, дикие драконы, никогда не стали бы пасовать перед каким-то паршивым ветерком! И я тоже не собираюсь!»

И она снова взвилась ввысь, точно ввинчиваясь в поток встречного ветра.