Читаем Бригантина, 66 полностью

Все жесточее и жесточее нажимал ветер, дощатые стены барака дрожали и колебались. Взглянув в забрызганное дождем окно, я увидел, как от берега к берегу, по огромному полю льда, зигзагами уходя вдаль, побежала черная трещина, неизменно и быстро расширяясь. Разбитое ветром огромное поле льда двинулось к югу. Темная грозовая туча стояла над южной частью Таймырского озера, сбрасывавшего с себя ледяные оковы. Странная ярко-лиловая молния сверкнула вдруг, ослепив глаза, глухо пророкотал гром. Никогда еще не доводилось мне видеть летнюю грозу в Арктике. Странно было слышать в этой холодной стране первую грозу, возвещавшую начало полярного лета. Быстрее и быстрее надвигалась туча, над ледяными полями вспыхивали лиловые молнии, и на глазах наших раскалывался и уносился ветром лед.

8 июля

Ясный ветреный день. После вчерашнего «столпотворения» ясное, глубокое небо с летними кучевыми облаками. На озере движется лед: гонимые течением, медленно проплывают широкие ледяные поля, смыкаются и расходятся отдельные льдины, образуя чернеющие водою трещины и разводья. Необычайно это сочетание высокого летнего неба, вчерашней грозы, многоцветной радуги с холодным до* зимнему ветром и еще не растаявшим льдом, с белыми пятнами снега, всюду разбросанными по тундре.

По наблюдениям старых зимовщиков, дней через десять-двенадцать должно очиститься озеро, но еще долго будет стоять лед в устье реки Нижней Таймыры, не раньше августа могут ходить по реке катера. Так коротко в этой полярной стране настоящее лето. А в сентябре уже вернется зима, озеро покроется молодым льдом, начнутся пурга и метели.

Над примолкнувшей тундрой, над берегами озера летят и летят косяки гусей. Гуси направляются линять на восток, в пустынную недоступную часть тундры. Ночью и днем слышатся их знакомые голоса. Возле самого дома, под окнами, появились цветы, пахнущие сильно и пряно. На склоне останца маленький нежный цветочек вытянулся, доверчиво склонил головку на плоский камень, как на подушку. Здесь, на камне, согретом скудным полярным солнцем, ему теплее.

ЛЮДИ В АРКТИКЕ

На полярных зимовках, как и во всех многолюдных экспедициях, бывают дельные люди и бездельники, скучные и веселые, бодрые и унылые, здоровые и больные. Ни одна зимовка не проходит без мелких и крупных недоразумений, не всякий способен выдержать, перенести спокойно долгую полярную ночь, вынужденную скученность. Все переговорили, перечитали все книги, рассказали все анекдоты, переслушали потертые пластинки, каждый о каждом давно знает всю подноготную. Люди надоедают ДРУГ дружке, все присмотрелось, прислушалось, изучены недостатки и достоинства каждого зимовщика, нервы необычно напрягаются. Некоторые от избытка молодых сил начнут возню, шуточную потасовку, борьбу, все летит кувырком: столы, табуретки. Не мудрено, что сорвется иной раз в раздражении обидное для товарища словечко, завязывается ссора, кажется, навеки разошлись, поссорились люди, и уже никогда им не помириться, не стать вновь друзьями. Но споры и недоразумения обычно заканчиваются так же скоро, как и возникают, все забывается — дружной, крепкой семьею живут зимовщики. А приходят горячие дни работы — и все дурное уляжется, не щадя сил и здоровья трудятся люди, работа всех объединяет, каждый каждому старается помочь, опытный обучает неопытного. Во всей силе вдруг сказывается та дружная, крепкая мощь, которая помогает русскому человеку в трудные, ответственные и трагические минуты чудесно объединиться, слиться в единое дыхание, единым махом поднять тяжести, на удивление изумленному чужеземцу.

Много знавал я людей, полярных советских зимовщиков, для которых Арктика делалась как бы второй родиной, — вновь и вновь тянуло их на зимовки в ледяную холодную пустыню. Были среди этих энтузиастов Арктики городские избалованные люди, рабочие и интеллигенты, были привычные к северу промышленники — архангельцы-поморы, были и уроженцы солнечной ласковой Украины, выросшие среди садов и баштанов. Этих разнообразнейших по своему происхождению людей одинаково манила Арктика, суровая ее природа, и не раз случалось, побывав на родине, они опять возвращались в полюбившуюся им пустыню.

Первобытная жизнь лицом к лицу с природой особенным образом влияет на людей. Мужественные и сильные закалялись; капризных и избалованных уличало их поведение. В трудных походах и передвижениях люди объединялись, суровая природа воспитывала, облагораживала человека. В походе, как и на войне, все были товарищами, друзьями, в трудную минуту спешили друг другу помочь. В природных условиях определяются характеры и качества человека; здесь все на виду, нельзя прикрываться словами: лентяй остается лентяем, труженик — тружеником.