Читаем Бремя страстей полностью

Получается жуткое зрелище, наподобие Паралимпийских игр, когда одноногие люди метают молот или диск, а слепой бежит кросс. Это памятник человеческому мужеству, но смотреть на это очень больно. И современная духовная жизнь похожа на Паралимпийские состязания, потому что мы почти все изначально искалечены и, несмотря на это, пытаемся совершать какие- то подвиги.

Есть не только христианские добродетели, но и важные дохристианские добродетели. Прежде чем упражняться в христианских добродетелях, нужно поупражняться в добродетелях дохристианских, которыми был богат мир до Рождества Христова: еврейский — сознательно ожидавший Мессию, нееврейский — не ожидавший, но предчувствовавший. Евреи упражнялись в Писании и пытались хранить то, что Бог им заповедал. Язычники ценили другие вещи: храбрость на войне, простоту в быту, мудрое слово, умение слушать другого и сдерживать свой гнев (такого человека чтили выше полководцев), не порабощаться богатству и терпеть превратности судьбы. Они выстраивали целые богословские школы, учившие, как прожить жизнь достойно и правильно с минимальным количеством грехов.

Трудолюбие — не христианская добродетель, а общечеловеческая. Приход к больному в больницу — не только евангельское дело, но и общечеловеческое. Для христиан евангельское в нем только одно: ты приходишь сознательно ко Христу, Который учит в больном видеть Себя. Если же ты Христа в больном не видишь, но все равно к нему идешь, потому что он больной и нуждается в твоей помощи, то это добродетель общечеловеческая. Это простейший способ стать человеком — пойти к тому, кому больно, и по возможности облегчить его страдания теми средствами, которые у тебя есть под рукой или в сердце.

Кто-то из историков подсчитал, что первые семьсот с лишним лет после основания Рима у римлян не было ни одного развода. Много о дохристианских добродетелях и их важности пишет замечательный английский мыслитель Честертон. Почему Бог дал власть над миром римлянам? Потому что они были добродетельнее, чем все народы земли. Они были храбры на войне, просты в быту — спали на земле и пили простую воду, не боялись терпеть, страдать и умирать в период опасности, были целомудренны в браке, гнушались половыми перверсиями, которыми «цвел» весь Восток (персы, финикийцы, греки). Они были естественно добродетельны. А человеку сейчас не хватает не только христианских добродетелей, но и вообще человечности.

Классическая литература поставила горький диагноз: на Руси легче найти святого, чем порядочного. Святых на Руси было много, негодяев тоже хватало, а вот в простых порядочных людях всегда ощущается недобор. Нехватка среднего звена. Качка из стороны в сторону, «из глубины воззвах к Тебе» (из бездны — вверх, и сверху — вниз) — расшатает любого. Возможно, эти «плюсы» и «минусы» русской души, качка справа налево и сверху вниз — просто отсутствие воспитания и недисциплинированность. Просто разболтанность души. Сначала нагадить, так что стыдно людям в глаза смотреть, а потом слезы лить неделями. А потом, когда устанет лить слезы человек или слезы закончатся — опять нагадить, чтобы слезы появились.

В таком режиме жить нельзя. Нужно воспитывать в себе аккуратность, честность, исполнительность. Нужно исполнять то, что пообещал, учиться думать о ком- то, кроме себя, и не превращать христианскую жизнь в торжество духовного, подкрашенного эгоизма: раньше думал только о своих карманах, а теперь — только о своих грехах.

Прежде чем идти на сияющие высоты христианских добродетелей, необходимо научиться здороваться с людьми на улице. Прежде чем бросить курить, необходимо научиться окурки бросать в урну, а не под ноги. Прежде чем научиться читать Иисусову молитву устами и в уме, надо постараться сморкаться в платок, а не зажимая одну ноздрю пальцем, ближнему на ботинок.

Духовный закон гласит нам, что большого без маленького не существует. Нужно препоясаться и застегнуться, приготовившись к длиннейшей незаметной работе, начиная с самых простых вещей. Тогда начнется постепенный путь к обретению смысла и глубины во всем остальном.

По сути, рецептура дана в одной из латинских пословиц: научись сначала делать то, что ты уже умеешь, — и тебе откроется неизвестное.

Так, двигаясь от меньшего к большему, глядишь, до чего-то человек перед смертью и дойдет.