Читаем Брегет хозяина Одессы полностью

Беспальцев ничего не ответил, немного смутившись.

– Я это к тому сказала, что доверяю милиции, – продолжала библиотекарь. – На абонементе такой книги нет, но в читальном зале есть почти все. Я запишу книгу в карточку вашей жены из читального зала, но вы, уж будьте добры, не подведите меня. Через день верните книгу, иначе у меня могут быть неприятности.

– Уверяю, у вас их не будет, – пообещал майор. Старушка протянула ему книгу в твердой глянцевой обложке, почти новую. А может, и не новую, просто никем не читанную.

– Держите. И распишитесь за жену вот здесь.

Он поставил закорючку, что-то вроде буквы «Б» в овале – вроде бы Галина расписывалась именно так, – поблагодарил старушку и, спрятав книгу под пальто, вышел под моросящий дождь. Мокрая осенняя погода начала утомлять, безумно хотелось тепла и солнца, и он вспомнил слова одного из своих приятелей: в такую погоду очень хочется совершить преступление.

«Хватит нам преступлений, – оборвал Геннадий сам себя. – Два человека убиты. Слишком много для нашего маленького тихого городка». Дождь, как и вчера, бил в лицо. Беспальцев с облегчением вскочил в полупустой салон троллейбуса, сел у окна, наблюдая, как капли пытаются изобразить на стекле какие-то только им понятные узоры. В салоне пахло сыростью, немногочисленные пассажиры ругали дождливую осень. Когда троллейбус со скрипом остановился почти возле отделения, Беспальцев соскочил со ступенек и побежал в помещение, уклоняясь от холодных капель, норовивших попасть в глаза. Дежурный, капитан Владислав Павлов, как всегда, попивая очень крепкий, почти черный, чай, чуть раздвинул губы в улыбке:

– Здравия желаю, товарищ майор. Противный сегодня день, правда? Так надоел этот нудный дождь. Жена замучила просьбами съездить на дачу, а я все отбиваюсь. Что там делать? Грязь месить?

Беспальцев знал, что жена Владика была заядлой дачницей, выращивала прекрасные цветы, и если кому-то требовался букет, все обращались к ней.

– А что там сейчас делать? – Майор взял ключ от своего кабинета. – Картошку, поди, выкопали.

– Выкопали и яблоки собрали, – кивнул Павлов. – Однако моя благоверная хочет убрать сухие листья и сжечь их. А я говорю ей, – тут Владик зашелся смехом, его грузное тело затряслось, и следователю показалось, что он сейчас упадет со стула, – какие сухие листья, если под дождем они все мокрые!