Читаем Брэдбери полностью

Запала в память картинка оттуда: библиотекарь готовится сражаться с тьмой и злом, обложившись книгами, словно солдат в окопе. Для меня образ автора чем-то ассоциируется с этим библиотекарем.

Но это было позже. А тогда, увидев первые книги Брэдбери, я с восторгом и ужасом вглядывался в картинки пугающего и изумляющего Марса. Вместе с Дугласом Сполдингом снова и снова я оказывался в знойном американском лете. И часто снились мне сны, в которых я вдруг оказывался в чудесном книжном магазине, где находил всё новые и новые книжки Станислава Лема, братьев Стругацких и, конечно, любимых мною американцев — Рея Брэдбери, Клиффорда Саймака, Роберта Шекли, Курта Воннегута…

Марк Москвитин, Марк Москвитин, писатель (Вологда)

Летом 1965 года в книжном магазине Горно-Алтайска я наткнулся на книжку «Марсианские хроники». Это было как погрузиться в сон. Залитые двухлунным сиянием обширные марсианские равнины, города-миражи в ночной тишине. Каналы с хрустальной водой, мечтательная марсианка Илла. Некто Биггс, из переселенцев, пьяный швыряет пустые бутылки в марсианский канал. Детям прилетевших с Земли колонистов хочется увидеть марсиан, нет проблем — наклонись к спокойной воде канала…

В том же году я выкупил пришедший по подписке третий том «Библиотеки современной фантастики». На портрете — энергичное лицо делового американца 30-40 лет, так мне показалось. Это Рей Брэдбери. И повесть его — «451° по Фаренгейту». Зашедшая в тупик человеческая цивилизация, которая не может ничего, кроме тихого содержания стандартно-глупых граждан в комфортных хлевах…

А еще — «Вино из одуванчиков». Совсем уже не фантастика.

Ни у кого я не встречал столько света, сколько у Рея Брэдбери.

Свет печальный, элегический. Свет обжигающий. Сияние двух лун над тихими, таинственными равнинами древнего Марса. Спасительный свет жилого купола посреди бесконечного венерианского дождя. Свет девушки Клариссы Маклеллан, переворачивающей душу жестокого пожарного. Свет энтузиастов и подвижников. На Марсе, на Земле, где угодно.

Свет Рея Брэдбери.

Владимир Ларионов, писатель (Сосновый Бор)

«Великий моралист» — так часто называют Рея Брэдбери, а я бы его назвал воспевателем книг и библиотек. Книжные мотивы звучат в произведениях Брэдбери многократно, вспомнить хотя бы его классическую и пугающе актуальную сегодня повесть «451° по Фаренгейту».

«Я никогда не учился в колледже, меня воспитали библиотеки».

Хранилища книг Рей Брэдбери всегда описывает с неизменным и бесконечным уважением, рассказывает о них с нежностью, граничащей чуть ли не с религиозным поклонением.

«Моя библиотека казалась мне прохладной пещерой, а то вечно-молодым и растущим лесом, где укрываешься на час от дневного зноя и лихорадочной суеты, чтобы освежиться телом и омыться духом при свете, смягченном зелеными, как трава, абажурами, под шорох ветерков, возникающих, когда опять и опять листаются светлые нежные страницы. Тогда мысли становятся яснее и отчетливее, тело раскованнее, и снова находишь силы выйти в пекло действительности; в полуденный зной, навстречу уличной сутолоке, неправдоподобной старости, неизбежной смерти…»

Я тоже часть своего детства провел в библиотеках, хотя они не были такими комфортабельными, как упоительные храмы информации, описываемые американским классиком. Моя мама, учительница начальных классов, на полставки заведовавшая школьной библиотекой, давала мне ключ от нее, и я часами мерз зимой в «прохладной пещере» не очень-то отапливаемого школьного флигеля, исследуя и перебирая книжные сокровища. Сначала меня привлекали подшивки журналов «Вокруг света», «Техника-молодежи», «Знание-сила» конца 1950-х годов с фантастическими рассказами и необычными иллюстрациями к ним, а потом всё остальное — от «Лезвия бритвы» Ивана Ефремова, только что изданного «Молодой гвардией», до полного собрания сочинений Ги де Мопассана…

Первая в СССР книжка Рея Брэдбери вышла летом 1964 года в издательстве «Знание». Я, третьеклассник, купил ее в районном книжном магазине за 57 копеек, сэкономленных из тех небольших денег, которые мама выдавала мне на обеды. Это был сборник рассказов под названием «Фантастика Рея Бредбери». Именно так, через букву «е», было напечатано имя автора. Избранное (в том числе из «Марсианских хроник») — в ставших уже классическими переводах Льва Жданова. По спине моей бегали мурашки от странной внутренней музыки рассказов «Марсианин», «Будет ласковый дождь», «В серебристой лунной мгле». Позднее узнал я совсем другого Брэдбери: создателя жесткой антиутопии «451° по Фаренгейту», яркой автобиографической повести «Вино из одуванчиков», пророческого рассказа «Бетономешалка», но все-таки до сих пор имя Рея Брэдбери ассоциируется для меня с изящно-грустными «Марсианскими хрониками».

Грустно, что в наше время любовь к книге сходит на нет, а обожатели наполненных чудесами бумажных фолиантов, настоящие, по-хорошему «сумасшедшие» читатели, каким был Брэдбери, уходят и уходят…

Правда, я пока жив!

И книги Брэдбери — со мной.

Сергей Соловьев, писатель (Тулуза, Франция)