Читаем Братство кольца полностью

— Это похоже на летопись народа Балина, — промолвил он. — Начата около тридцати лет назад, с приходом гномов в Морию. Страницы нумерованы по годам. Вот, видите: «один-три» — первый год, третья страница, первых двух нет. Послушайте.

«Мы прогнали орков от Ворот и охраняем…» здесь не прочесть, я думаю: «…зал. Мы перебили их множество в долине…» наверное, «при свете дня. Флои поражен стрелой». Дальше пятно. «Он лежит под травой на берегу…» Непонятно… «мы захватили первый зал в северном конце, будем здесь жить…» Наверное, «световая шахта», потом… а, вот: «Балин утвердил трон в Зале Мазарбул». — Гэндальф вопросительно взглянул на гнома.

— В Зале Памяти, — подсказал Гимли. — Это, наверное, он и есть.

— Дальше ничего не разберешь… вот слово «золото». «Топор Дарина… шлем… Отныне Балин — Государь Мории». По-моему, глава кончается. Дальше — другая рука. Вот, я читаю: «Мы нашли подлинное серебро…», пропуск… «хорошо кованное…» э-э, понял: «мифрил», и вот две последние строки: «Оин ушел искать верхние оружейные на Третьем Горизонте…», не прочесть… «идет на запад к Воротам Эрегиона».

Маг замолчал и перевернул несколько страниц.

— Трудно читать, — сказал он. — Рука очень торопливая, и листы сильно повреждены. — Он досадливо взглянул вверх. — Свету мало! Мне кажется, многих страниц нет. Номера начинаются уже с пятерки, это значит — пятый год заселения. Ну-ка! Нет, изрублено все. О! Вот здесь хорошо. Твердый крупный почерк и письмо эльфийское…

— Мне кажется, я узнаю руку Ори, — произнес Гимли. — Он писал хорошо и быстро, и всегда эльфийскими знаками.

— Боюсь, о недобром поведает этот красивый почерк, — вглядываясь в рукопись, промолвил маг. — Вот первое слово: «скорбь», а конца строки нет. Это «чера», должно быть, «вчера», а дальше понятно: «Десятого дня ноября месяца пал Балин, Государь Мории. Он ушел один к озеру и был сражен орочьей стрелой. Орка убили, но их много с востока…», по-моему, тут сплошная кровь, вот дальше: «…закрыли ворота… удержать их долго, если… ужасный…» Нет, не разобрать! Бедный Балин. Похоже, он и пяти лет не прожил Государем. Дальше совершенно нечитаемо. Вот последний лист.

Маг вздохнул.

— Нет радости в этих записях. Боюсь, конец книги черен. Вот слушайте: «Нам не выбраться. Мост и второй зал у них. Фрар, Лони и Нали погибли…» Здесь несколько строк не читаются. Дальше: «…ушли пять дней назад». А вот последняя запись: «Вода подошла к стенам, к самым Западным Воротам. Страж озера взял Оина. Нам не выбраться. Скоро конец…», потом идет: «…грохот в глубинах». Не понимаю, о чем речь… вот еще эльфийские знаки: «Они идут». Все. Это конец.

Маг глубоко задумался. Его спутники переглянулись. Кажется, всем стало одинаково жутковато в скорбной комнате.

— «Нам не выбраться», — повторил Гимли. — Когда мы подошли к Воротам, вода, наверное, упала, а Страж спал далеко от берега. Повезло.

Гэндальф поднял голову и внимательно огляделся.

— Я думаю, — произнес он, — последние из них держались здесь, но их оставалось немного. На этом попытка вернуть Морию закончилась. Попытка доблестная, но самонадеянная. Время для этого еще не пришло. Попрощаемся с Балином, сыном Фундина. Пусть он спокойно лежит здесь, в сердце древнего владения гномов. Книгу Мазарбула мы заберем с собой. Пусть будет у тебя, Гимли. Если получится, отнесешь Даину. Он должен знать эту горестную правду. Пора идти. Утро кончилось.

— Так какой дорогой пойдем? — спросил Боромир.

— Надо вернуться в большой зал, — отвечал Гэндальф. — Мы не напрасно зашли сюда, я сумел определиться. Это двадцать первый зал северного крыла. Если я не ошибаюсь, расположен он на седьмом горизонте, а Ворота — на первом. Надо спускаться и забирать на юг.

Едва Гэндальф успел договорить, как тишину взорвал грохот. «Р-рок, рок», — донеслось из глубин, камень вокруг вздрогнул. Отряд бросился к двери. «Р-рок, рок», — прокатилось снова, словно вся Мория стала одним огромным барабаном и какой-то исполин мерно бьет в него. Потом со стороны зала протрубил рог, издали ему ответили другие рога и грубые крики. Послышался топот.

— Они идут! — выкрикнул Леголас.

— Нам не выбраться, — побледнев, проговорил Гимли.

— Ловушка! — в досаде воскликнул Гэндальф. — Эх, не надо было медлить. Нас поймали, как и тех, раньше! Но тогда здесь не было меня. Посмотрим, как сложится на этот раз!

«Р-рок, рок», — словно в ответ ему загрохотал, сотрясая стены, барабан.

— Закройте двери! — крикнул Арагорн. — Надо заклинить их. Пока не снимайте котомки, может, удастся прорваться.

— Подождите, — остановил бросившихся к дверям Гэндальф. — Восточную дверь не закрывайте, там пока тихо, попробуем уйти туда.

Совсем близко снова протрубил рог. Топот приближался. Отряд обнажил мечи.

Гэндальф подскочил к Боромиру, навалившемуся на дверь, отстранил его и страшным голосом спросил:

— Кто смеет тревожить покой Балина, Государя Мории?

Ответом ему был хриплый хохот, как будто камни перекатывались в реке. На фоне криков и шума выделялся отрывистый голос, отдающий команды. А в глубине все грохотало.