Бредель Вилли

Братья витальеры

ВИЛЛИ БРЕДЕЛЬ

БРАТЬЯ ВИТАЛЬЕРЫ

(РОМАН О КЛАУСЕ ШТЁРТЕБЕКЕРЕ)

Перевод с немецкого и послесловие А. Девеля и А. Ломана

Исторический роман о возмущении народа против гнёта церкви и феодалов, о борьбе Ганзы за господство на Балтике об отважном предводителе пиратов Штёртебекере.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Часть первая

ЮНЫЙ СКИТАЛЕЦ

ЧЕРНАЯ СМЕРТЬ

НА ПОБЕРЕЖЬЕ СКОНЕ

ПРАВИТЕЛИ ШТРАЛЬЗУНДА

В МОРЕ

ПРЕСТУПЛЕНИЕ И МЯТЕЖ

Часть вторая

ЗНАМЕНИТЫЙ ПИРАТ

БРАТЬЯ ВИТАЛЬЕРЫ

ШТУРМ ГОТЛАНДА

ЛИКЕДЕЕЛЕРЫ

МОРСКОЕ БРАТСТВО

ВОЙНА ПАТРИЦИЕВ

ЭПИЛОГ

А. Ломан, А. Девель.

ВИЛЛИ БРЕДЕЛЬ И ЕГО РОМАН О ЛИКЕДЕЕЛЕРАХ

Часть первая

ЮНЫЙ СКИТАЛЕЦ

.. .Несостоятельную власть

В стране сменило безначалье.

Всех стала разделять вражда,

На братьев ополчились братья

И города на города.

Ремесленники бились с знатью

И с мужиками господа.

Шли на мирян войной попы,

И каждый встречный-поперечный

Губил другого из толпы

С жестокостью бесчеловечной.

По делу уезжал купец

И находил в пути конец.

Достигло крайнего размаха

Укоренившееся зло.

Все потеряли чувство страха.

Жил тот, кто дрался. Так и шло.

Гете. Фауст. Вторая часть.

Перевод В. Пастернака

ЧЕРНАЯ СМЕРТЬ

Царили стяжательство, лицемерие и жестокость. Римское папство стояло во главе западного мира. Огнем и мечом старалось удержать оно мировое господство церкви. "Святая" инквизиция1 во всех странах Европы жгла, колесовала, обезглавливала сомневающихся, вероотступников, еретиков, истребляла народы, осмелившиеся усомниться в непогрешимости папства. Темные, фанатичные массы натравливались на "ведьм" и "иудеев", их бросали на костры, а имущество обращали в пользу церкви. Монахи, которые когда-то давали обет бедности и смирения, стали богатыми и заносчивыми. Лучшие земли принадлежали им. Монастыри по блеску и богатству походили на замки, церковная знать в роскоши и мотовстве соперничала со светской. А народ крестьяне и горожане - должны были платить десятину и подати, преумножая богатства и силу церкви.

Дворянство было не лучше. Князья и рыцари душили селенья поборами, грабили, нападали на купцов на дорогах, врывались в процветающие города, жгли и убивали - и все ради единственной цели: обогащения, добычи. Благородные бездельники в своей алчности не останавливались даже перед тем, чтобы продать за звонкую монету ближайших родственников: так, "славный рыцарь Конрад фон Урах", по свидетельству хроники, продал за три фунта хеллеров аббату из Лорха собственных сестер Агнессу и Малиту. Чтобы защитить свое право грабежа, благородные господа учредили тайный суд; и тот, кто противился их произволу, представал перед этим судилищем, которое знало только один приговор - смерть от меча.

В эти мрачные времена, шесть столетий назад, весной 1369 года, по дороге из Шверина на Висмар брели два странных, очень непохожих друг на друга человека: высокий сутулый старик с большим коробом на спине и стройный молодой парень с дубинкой на плече, на которой болтался узелок с пожитками. Вокруг маленького исхудалого лица коробейника топорщилась растрепанная борода. Волосы в те времена носили длинные, и они, прикрывая уши, почти достигали подбородка. У него же они курчавились, бесчисленными черными змейками спадая на самые плечи. В руке он держал довольно толстую узловатую палку, на которую опирался при каждом шаге и которая при случае могла быть неплохим оружием. Одежду, прикрывавшую его тело, ему, видимо, дал какой-то крестьянин: балахон грубого домотканого холста, холщовые заплатанные штаны - им полагалось бы сидеть в обтяжку, но они висели на нем складками, потому что у их прежнего хозяина, наверное, были толстые ноги. Это одеяние довершали грубые, но добротно сплетенные лапти.

В его молодом спутнике все выдавало сельского жителя: широкое, грубое лицо, лишенная каких-либо украшений куртка, серые в обтяжку штаны, лапти, и только взгляд - открытый свободный - не имел ничего общего с робким взглядом покорного, забитого крестьянина. Белокурые волосы сзади прикрывали шею, а спереди опускались на лоб до самых бровей.

Странствующий торговец Йозефус уже с первых часов их знакомства узнал, что у его спутника не было ни родителей, ни знакомых. Он работал то у одного, то у другого хозяина, а теперь направлялся в гавань и хотел стать матросом.

Поначалу Клаусу общество старого, да к тому же болтливого человека было не очень приятно, но когда он увидел, с какой радостью крестьяне встречают коробейника и как Йозефус для каждого находит доброе слово или полный участия совет, когда заметил, что старик думает не только о собственной выгоде, но готов при необходимости помочь и безвозмездно, его неприязнь понемногу прошла.