Читаем Братья Ярославичи полностью

– Сгущаются, твоя правда, – пробурчал Изяслав, усаживаясь в кресло с высокой спинкой. – Вот-вот молнии засверкают. Садись, брат. Выслушай меня.

Святослав сел на стул, опершись руками в колени. Так он делал, когда его разбирало сильное любопытство.

Изяслав коротко поведал брату о том, как некий торговец оскорбил боярскую жену средь бела дня. Супруг оскорблённой боярыни в пылу гнева убил того торговца прямо на княжеском суде. Сын убитого поклялся отомстить обидчику кровью за кровь, что и сделал спустя полгода.

– Убийца моего боярина даже не пытался скрываться, ибо, по его утверждению, он поступил по закону Ярослава Мудрого, – сказал в конце Изяслав. – Дружина моя требует смертной казни для торгашеского сына. Тот сидит покуда у меня в порубе.

– «Покуда» – это до суда иль до смертного приговора, который ты намерен ему вынести? – спросил Святослав, чем смутил Изяслава.

– Я хотел спросить твоего совета, брат, – пробормотал Изяслав.

– Совета в чём?

– А ты не разумеешь?

– Я уразумею, когда ты скажешь, чего хочешь: суда или казни, – невозмутимо пояснил Святослав. – Ведь по закону ты должен отпустить этого убийцу, но ты, похоже, решил нарушить закон ради бояр своих.

– Я ничего ещё не решил! – раздражённо промолвил Изяслав. – И что у тебя за привычка, брат, припирать меня к стенке. Я жду от тебя совета, как мне поступить с убийцей моего боярина, а ты вместо этого начинаешь цепляться к словам.

– Ладно, давай спокойно во всём разберёмся, брат, – миролюбиво предложил Святослав.

– Давай, – сказал Изяслав.

– Стало быть, ты не хочешь идти против своих бояр и вместе с тем не хочешь нарушать закон, установленный нашим отцом. Так?

– Так, – ответил Изяслав после краткого раздумья.

– В таком случае ты должен поступить как князь, – твёрдо произнёс Святослав. – Это всё, что я могу тебе присоветовать, брат.

– Что-то я тебя не пойму, – озадаченно проговорил Изяслав, с неудовольствием взирая на Святослава. – Скажи-ка лучше, как бы ты поступил на моём месте?

Святослав опустил голову, пряча улыбку. Однако его невольная улыбка не осталась незамеченной Изяславом.

– Чему ты усмехаешься? – сдвинув брови, спросил он.

Святослав посмотрел в глаза брату с тем озорным вызовом, какой появлялся у него не только во взгляде, но и в улыбке, и в речи, смотря по случаю и настроению.

Между братьями опять назревало противостояние, и первым это почувствовал Святослав. Однако он не собирался портить свои отношения с Изяславом.

– Я скажу тебе напрямик, брат, – серьёзным тоном заговорил Святослав. – Поступай по закону, это и будет княжеским поступком.

– Иными словами, ты хочешь поссорить меня с моей дружиной, – мрачно произнёс Изяслав. – Ты этого хочешь?

– Ты спрашивал моего совета, брат. Ты его услышал. – Святослав пожал плечами. – Не хочешь, не следуй ему. Казни убийцу своего боярина, и дело с концом.

– Легко сказать «казни убийцу»! – вспылил Изяслав. – Кабы всё было так просто, я обошёлся бы и без твоих советов, брат. Стоит мне преступить закон, как все киевские торгаши возмутятся, их поддержит чернь. Дело-то громкое! Коль отпущу я убийцу на волю, тогда бояре мои на меня попрут, мол, великому князю надлежит защищать своих верных слуг от татей.

– Э-э, брат, да ты, я вижу, хоть и на троне сидишь, а не господин! – разочарованно протянул Святослав. – Отец наш, умирая, полагал, что облегчил нам правление созданием Русской Правды. На деле же выходит, что Русская Правда лишь помеха для суда княжеского.

– Не по всем статьям Русская Правда хороша, – заметил Изяслав. – К примеру, нельзя равнять в кровной мести бояр и меньших людей.

– Торговец – не смерд, – возразил Святослав. – Иной торгаш будет побогаче иного боярина. И пользы порой от одного-единственного купца больше, чем от нескольких бояр. А твой боярин Яловат, царствие ему небесное, коль первым поднял вооружённую руку – значит, на нём и вина. Тебе, брат мой, следовало бы сразу виру с него взять, да побольше, а родню убитого торговца щедрыми дарами задобрить. Однако ты принял сторону своего боярина, презрев родню торговца. Сын торгаша, убивая Яловата, действовал по закону. А вот тебе-то, князю киевскому, будет труднее закон соблюсти после всего случившегося.

– Ты пошёл бы наперекор своей дружине, брат? – спросил Изяслав, сверля Святослава испытующим взглядом. – Ответь мне откровенно.

– Невозможно сделать так, чтоб и волки были сыты, и овцы целы, – промолвил Святослав. И со значением добавил: – Важно знать, над кем ты пастырь: над волками иль над овцами. И совершать поступки свои, исходя из этого знания.

Изяслав вглядывался в лицо Святослава, о чём-то размышляя. Наконец он произнёс:

– Ты, конечно, пастырь над волками. А Всеволод?

– Ты же знаешь, как много неимовитых людей во Всеволодовой дружине, – уклончиво ответил Святослав.

– В моей дружине меньших людей нет, – сказал Изяслав, – поэтому мне следовать по закону не всегда сподручно. Ты понимаешь меня, брат?

– Прекрасно понимаю, – отозвался Святослав. – Потому-то тебе нелегко идти наперекор своим старшим дружинникам, даже если закон обязывает тебя к этому.