Океан, видя свою возлюбленную, гонит моржей к атласному ложу, - Тефида! Я так долго ждал этой встречи!

Тефида, раскрывая ему свои объятия, - А я!

Гермес, тихо, - И они будут счастливы всю свою жизнь.

Зевс, - Аминь.

Слышится негромкое рычание. Это первый сатир, глядя толстого моржа, лежащего перед ним, оскаливает зубы.

Посейдон Зевсу, - Что это за щерящиеся существа, братец?

Зевс, - Вьючные животные Тефиды. Эти... Как их там...? Пони!

Посейдон, - Вот уж не думал, что могут существовать на свете столь дурные млекопитающие. Чем-то напоминают мне сатиров... Они разумны?

Зевс, спешно, - Нет.

Посейдон, - Держи этих образин от моих моржей подальше, братец, слышишь?

Зевс, - Я это учту.

Гермес, смотрит на ложа Океана и Тефиды, медленно, бок о бок двигающиеся ко дворцу, - Ты уж постарайся.

Парадный зал. Застолье. Сидя рядом с Зевсом, за столом, Посейдон мрачно смотрит на сидящих на полу сатиров, преданно, если не по собачьи взирающих на Фетиду, пьющую вино из огромного рога. Подозрения на счет этих существ, у владыки морей возрастают с каждой минутой.

Гермес, - Ты посмотри на них, Зевс! Странно, что они молчат, правда? Обычно они такие разговорчивые...!

Зевс мрачно, грозит сатирам пальцем, - Я им поговорю.

Первый сатир ловко хватает зубами брошенную ему Фетидой баранью кость. В зале раздаются громкие рукоплескания.

Фетида, - Поймал! Смотрите, он поймал на лету!

Гермес, - Еще бы. Брось ему бочонок с вином и увидишь тот смертельный номер, который животные в цирке не показывали, и не будут показывать по всей вероятности еще многие сотни тысяч лет. Пока не эволюционируют до уровня вот этих...

Фетида ликующе хлопает в ладоши, - Они дрессированные!

Гермес, - Ага.

Первый сатир снова ловит огрызок какой-то кости, кинутой ему со стола, разворачивается к моржам, язвительно показывает им язык.

Посейдон, - Что за некультурные твари! Даже сатиры не способны на такую подлость!

Зевс брезгливо отворачивается.

Гости ликуют. Они бросают сатирам объедки со стола, в обмен за это, принуждая тех выполнять различные их команды. Дрессированными животными интересуется даже невозмутимый Океан. Ему выпадает особая честь. Один из сатиров, тщательно облизывает протянутую к нему руку властителя Мировой Реки, после чего набирается наглости, вспрыгивает на его ложе и смачно чмокает Океана в щеку.

Океан восторженно оборачивается к Зевсу, - Потрясающе! А что эти звери могут еще?

Зевс багровеет от гнева. Молчит.

Гермес, - Лаять!

Зевс смотрит на него взглядом полным непонимания. Гермес краснеет.

Океан, - Пусть полают!

Тефида, - Как это интересно!

Посейдон Гермесу, - Выкручивайтесь сами, остроумные мои друзья. А мы посмеёмся.

Гермес хватает с тарелки Зевса огромную баранью кость, потрясая ей, свистом подзывает первого сатира к себе. Второй сатир слишком увлечен тем, что корчит физиономии перед толстым моржом, лежащим близ ложа Океана, а потому команды Гермеса не слышит.

Гермес смотрит первому сатиру в глаза, - Полаешь, получишь эту кость.

Сатир с сомнением смотрит на Зевса. Тот вне себя от ярости. Но, понимая, что необходимо смериться с неизбежным, отводит глаза в сторону.

Гермес, - Ну же, полай.

Сатир медлит.

Гермес тихо, - А я снижу проценты твоего долга казне...

Сатир складывает руки на груди, не без наглости смотрит Гермесу в глаза, - Ну, черт с вами. Гаф! - победно оглядывается по сторонам, - Что вылупились? Налейте мне вина. И я вам спою.