Читаем Божий дар полностью

Утром следующего дня Настенька направилась на свою работу, а Дмитрий организовал себе еще один выходной день, чтобы переоформить машину. И ещё, кое-что.

По свежему снегу он пробежался до платной стоянки, где позавчера оставил машину, заплатил сторожам, расписался и хотел уже двинуться к ней, но был задержан причитаниями охранника:

– Уж, думал, не дождусь тебя, парень – меняться мне в девять. Хотел напарнику передать – колесо-то у тебя переднее того… Сам погляди.

Дмитрий обошел машину. Действительно, правое колесо спущено. Как же его подкачать, как добраться до шиномонтажа? Пошарил в багажнике, насос не обнаружился. Стоит ли удивляться? Вернулся к охраннику. Тот принялся что-то рассказывать о своем древнем и неисправном насосе, который давно валяется под кушеткой, и вряд ли Дмитрий до обеда накачает им своё большое колесо. Дмитрий подумал, что охранник ждет денег, возможно и шину сам спустил, но тот протянул ему насос.

Когда парень вышел из будки, охранник, выполняя приказ «оперов», данный ему накануне, набрал нужный номер. И когда шина округлилась, к стоянке подрулила милицейская машина. Из нее вывалились двое в штатском и прямиком направились к Дмитрию.

– Вы владелец этой машины? – спросил один из них, держа руки за спиной.

– Пока нет… Её перерегистрировать ещё надо! Но все документы у меня есть.

– Вот и предъявите ваши документы и документы на машину! – потребовал незнакомец, развернув перед глазами Дмитрия удостоверение сотрудника МВД.

Дмитрий только и успел удивиться, насколько же точно Настенька предвидела их будущее. А ещё подумал, что отпираться теперь или объясняться уже бесполезно – отпускать его эти типы не намерены. По их лицам видно, как довольны они собой. Свою наживку, то есть, Дмитрия, они не выпустят, будь он трижды невиновен. Впрочем, он ведь действительно чист. Но они станут еще больше над ним измываться, если узнают историю о странном листке и этой машине, полученной якобы в подарок ни от кого. Впрочем, такому объяснению любой не поверит!

– Ведь предупреждала же! – простонал Дмитрий в сердцах.

– Вы задержаны и подозреваетесь в убийстве трех человек, в том числе, работника правоохранительных органов. Протяните руки вперед! – на них защелкнулись наручники. – А теперь отвечайте: «Кто вас предупреждал и о чем?»

– Сестра предупреждала. Как чувствовала, что с этой машиной мы хлебнем горюшка. Но об убийствах я ничего не знаю. А сестра, и подавно!

– Разберемся! Кстати, она откуда об этой истории узнала? И где она сейчас?


В наручниках Дмитрия втолкнули в зарешеченный милицейский «Уазик», который сразу нарушил покой резко затарахтевшим стартером, словно предрекавшим кому-то такие же резкие перемены. Потом «Уазик» дернулся, лихо развернулся на белоснежной целине и помчал притихшего парня в чёрную полосу его судьбы.


2010 г.

Обложка: pink-2937979_1920. Pixabay License. Бесплатно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза