Читаем Борт 556 (СИ) полностью

   Я стоял и молчал, ошарашенный таким потрясающим идеальным сходством. Стоял, и молчал, не зная, что и ответить.

   Она, резко обернувшись, ушла с верхней парадной палубы лайнера, куда-то вниз, затерявшись среди толпы туристов и отдыхающих иностранцев. А, я так и стоял опешивший и приходящий, постепенно в себя от своей ошибки. Стараясь успокоить себя. И проглатывая свои набежавшие, вновь на глаза горькие слезы.

  - Джейн! - пролепетал, почти про себя я - Что ты сделала со мной Джейн?! Моя любовь! Моя спасительница!

   я стоял и плакал на глазах у всех. И все смотрели на меня и не понимали, что со мной происходит. Я был разбит. Разбита была вдребезги моя душа. И мне все это было уже не вернуть.

   Не вернуть Джейн. И не вернуть Дэниела. Не вернуть то, что я потерял навечно. Потерял свою единственную в беспутной русского моряка жизни любовь. Любовь, в своих тех бессознательных призрачных, почти при смерти в океане видениях. Любовь, которой ни стоил, даже на одно мгновение, этот гребанный продажный с потрохами мир. Который мне, теперь казался, куда более иллюзорным, чем тот, который у меня отняли.

  Мир, канувший в бездну океана. Канувший безвозвратно. И оставивший во мне неизгладимый отпечаток. Потусторонний мир, который мог, только родиться в самом океане. Призрачное наваждение бессознательного моего состояния, вызванное внезапной роковой трагедией унесшей многие жизни в том пожаре и катастрофой моего грузового судна. Все что я мог видеть, все было, просто наваждением. Наваждением иной реальности. Реальности наложенной на эту настоящую реальную реальность. Наваждением, среди бушующих океанских волн, дельфинов и молотоголовых акул. Когда меня нашли в океане, доктор Томас Эндрюс с пассажирского круизного лайнера "FANTASIA" говорил о каком-то странном лиловом свечении вокруг места катастрофы и об акулах и дельфинах.

   Что это было на самом деле, никто не знает. Я и сам не знаю.

  Кто-то берег меня и охранял тогда семеро суток. Может, моя любимая Джейн. Может, Дэниел. Может, сам Посейдон. Кто?

   Может, это было соприкосновение двух миров, рожденных моим бессознательным состоянием души. Души впавшей в предсмертную каталепсию на двенадцать суток.

   Я ни как не мог себя убедить в том, что то, что я пережил, было порождением психической травмы. Что я лицезрел в бессознательном состоянии, просто долгую семисуточную иллюзию, находясь в состоянии предсмертной каталепсии по шею в океанской воде, под палящим тропическим солнцем. И луной и звездами каждой холодной ночью. Среди обломков "KATНАRINЕ DUPONТ". Без спасательного жилета среди ящиков и бочек. И прочего мусора с затонувшего при пожаре судна. Над пятикилометровой океанской бездной. Окруженный дельфинами и акулами. Я лицезрел свою бессознательную и одновременно в полном сознании иллюзию. Настолько для меня реальную. Что она была целым отрезком живой и осязаемой моей жизни. Жизни в каком-то отдельном параллельном мире. Мире, соприкасающемся с нашим миром. И из которого, я выпал, оказавшись в итоге вот здесь. Точнее там, где и был раньше, вернувшись назад во времени и пространстве. И безвозвратно, потеряв тот иллюзорный мой красивый, хоть и опасный, но дорогой и ставший родным мне мир. Мир моей красавицы Джейн. Мир моего друга Дэниела. Мир дружбы, любви, приключений и счастья.

   "НОВОЗУБКОВСК"

   Вскоре меня, как и обещал капитан Эдвард Смит, подобравшего меня в океане лайнера "FANTASIA", пересадили на наш торговый грузовик. И я прямым ходом плыл на Родину. На Родину забывшую меня, своего блудного, шляющегося по океанам и заграничным портовым кабакам сына.

   Это случилось 3 августа, и прямо, посреди Тихого океана и посередине палящего солнцем дня. Борт к борту. Часа в три дня, оба судна сошлись друг с другом. И, меня на спущенной с лайнера " FANTASIA" шлюпке, доставили на наш грузовик.

   Мы шли, теперь во Владивосток. И меня включили на время в команду Российского судна. Без документов, так на основании как потерпевшего катастрофу русского моряка.

   Наше встретившееся в Тихом океане судно их круизному лайнеру "FANTASIA" называлось "НОВОЗУБКОВСК".

   Капитан "FANTASIA" объяснил ситуацию со мной капитану нашего торгового судна при передаче меня, прямо в океане, как жертву кораблекрушения. Он рад был, что наконец-то отделался от меня, как и сам судовой врач, Томас Эндрюс.

   И вот я, освободившись от очередной вахты в дизельном машинном отсеке, стоял и любовался Тихим океаном. Я смотрел вдаль, куда-то туда за линию горизонта. Туда, куда каждый вечер садилось горячее тропическое солнце. Я плыл домой. И старался не думать уже ни о чем, кроме Родины. О моем Владивостоке. В котором, я уже давно не был. Еще со времен развала нашего Союза.

   Я старался забыть свою случившуюся историю, но она была слишком яркой, чтобы ее можно было, вот так, просто забыть, как советовал доктор с иностранного пассажирского судна "FANTASIA" Томас Эндрюс. Слишком в ней было всего, такого, что можно было вот так просто забыть. Забыть то, что врезалось в память в мельчайших подробностях. И с такой силой, что я не находил себе теперь места.