Читаем Борт 556 (СИ) полностью

  - Маячок, где-то в борту яхты - поддержал я разговор - Встроен внутри корпуса. Может быть даже в киле. Нужен для этого, насколько мне известно, специальный поисковый магнитный электрощуп, а его естественно нет, и не достанешь, здесь в океане.

  Я заметил слезы в глазах Дэниела.

  - Прости, Владимир - произнес он - Это нахлынули воспоминания о матери и отце. Джейн более устойчивая к слезам, чем я.

   Молодой, но уже практически взрослый Дэниел не стеснялся слез, когда ему было горько. И мне было жалко его, как и Джейн, довольно не избалованных комфортной американской жизнью этих американских ребят.

   Дэниел протер глаза руками от слез и сказал - Даже сейчас, они там, где-то недалеко от нас. Там в океане. И нам приходиться все время прятаться от них.

  - Вот, в общем, и все, Владимир - сказал напоследок Дэниел - Тебе решать теперь. Быть или не быть, как говориться. Быть с нами, или покинуть нас. Неволить мы не можем. Мы можем высадить тебя на каком-нибудь, многолюдном острове в океане, и тебя заберет, какое-нибудь судно, идущее в Россию. Или лучше, сразу на судно и лучше на Русское. Но, мы можем также, и принять тебя на свой борт членом нашего экипажа. Джейн моя упрямая и не очень приветливая для чужестранцев сестренка, даже вроде бы согласилась и не против.

   Джейн стояла в дверях каюты и слушала нас. Пока мы разговаривали, она, приняла душ, и не вытерпела одиночества сама с собой, в своей каюте, вернулась под конец нашего с Дэниелом разговора. И, видимо, слышала апофеоз нашей беседы. Джейн вошла на высоких черных шпильками каблуках туфлей. И была одета в вечернее черное, почти, как и сама, короткое до колен платье. Полуоткрытое и, наверное, все это ради меня.

   Я так подумал, и вероятно, не ошибся.

   Волосы ее были также забраны в тугой пучок и заколоты золоченой заколкой. И ее миленькая девичья головка, была по вискам украшена, как и ранее, вьющимися свисающим черными волос локонами. Почти, до плечей и золотыми в ушах колечками сережек. На руках блестели тонкие золотом браслеты. На каблуках она была повыше ростом. И стояла в проеме каютных открытых из красного дерева или пластика дверей.

   Я посмотрел на красотку Джейн. Ее черные, как ночь гипнотические глазки заиграли огоньком в просьбе остаться. И мне ничего не оставалось делать, как согласиться на последнее. Согласиться в первую очередь, ради моей вскоре горячо любимой обворожительной латиноамериканской брюнетки крошки Джейн.

   Мне показалось, что его сестренка Джейн, более мужественная, даже, чем он. Это было видно по ее решительности в поведении и упрямому в отличие от Дэниела характеру. Укротить такую латиноамерикаского типа красотку, будет делом, вероятно, не совсем простым. Но, я постараюсь.

   Выпитая водка еще играла в моей голове.

   Джейн вновь, вошла в главную каюту и села, снова в кресло, напротив меня. Она села, снова забросив одну изящную загорелую до черна ногу на другую. Сверкая голыми загоревшим до черна коленками, и вновь сверкнув белыми плавками своего шелкового купальника меж своих изящных загорелых до черноты ляжек девичьих ног. Платье было надето на голые ее груди без лифчика, черные соски которых выпирали наружу, что не мог я не заметить и это понятно. Это же вечернее платье!

   Джейн, взяла налитый с красным вином бокал, и пригубила его, искоса соблазнительно и развращенно смотря на меня. Смотрела, покачивая в мою сторону аккуратной ступней ноги в красивой черной на высоком каблуке туфле.

   Джейн! Красавица, Джейн!

   Я покачал в знак доверительного согласия Дэниелу и Джейн. И они оба обрадовались моему однозначному решению. Она, довольная, теперь моим положительным решением, зачем-то, снова вышла в коридор между каютами. Возможно, она решила подняться наверх, так как она подошла к Дэниелу и, прижавшись бедром красивой своей полной загоревшей до черноты правой ноги, взяла у него из рук бинокль.

  - Буря, там за атоллом бушует, действительно нешуточная - произнесла крошка Джейн - Яхту нашу хорошо качает и надо задраить все люки и иллюминаторы на Арабелле - сказала она - Уже воды порядочно волнами нахлестало по всем каютам. А, что делается там за рифами!

   Сказав это, она оторвалась от Дэниела и, виляя демонстративно передо мной своими, теми крутыми девичьими молодыми сучки половозрелой черными от плотного солнечного загара полными красивыми ногами, прошла мимо меня, слегка коснувшись, как бы случайно, ноги правым бедром и пальчиками левой руки. Провела по моему левому к ней развернутому плечу.

  - Я это сделаю сама, а вы еще побеседуйте - вдруг она произнесла - Раз Владимир стал нашим третьим членом команды.

   Джейн вышла в коридор между каютами. И стуча высокими каблуками шпильками черных туфлей, пошла по каютам, закрывать все окна на нашем судне. И, видимо поднялась наверх, на палубу полюбоваться на бушующий за песчаным атоллом Тихоокеанский шторм.

   ***