Силаев – он же Мусад – первым переместился к отверстию, которое по форме напоминает овал. Оно частично заложено камнями и плитками известняка, которые их предшественники скорее всего перетащили из другого конца пещеры. В этой сложенной из каменных плит перегородке имеются два отверстия, или бойницы. На полу лежат два матерчатых мешка, наполненных песком. Сверху – сложенные кипами старые солдатские одеяла, можно подложить под седалище или же набросить на плечи на манер пончо, если выдастся холодная ночь.

Всего в шаге от них, за этой частично закрывающей пролом искусственной стенкой, разверзается настоящая пропасть… Южный склон ущелья, тот, в одной из пещер которого они сейчас находятся, существенно ниже северного, высота которого в районе городка составляет два с небольшим километра. Но зато он более крут и обрывист; в этой – восточной – части Маалулы он напоминает отрезанный острым ножом почти вертикально сегмент головки альпийского дырчатого сыра, так называемого rat cheese. Сама же эта пещера, заканчивающаяся ведущей в обрыв полутораметровой дырой, находится на высоте примерно двухсот пятидесяти метров, если считать от подошвы южного склона…

Антон снял танкошлем с закрепленным на нем монокуляром ночной оптики. Стащил с коротко остриженной головы также и влажную от пота шлем-маску. Порывшись в кармашке укладки, извлек оттуда пачку гигиенических салфеток. Достал парочку, вытер мокрое лицо, затем протер кончики пальцев, торчащие из обрезанных перчаток. Надел запасную маску, сухую и чистую. И лишь после этого стал распаковывать свой рюкзак.

Старший группы, присев на корточки с другой стороны, тоже снял «головной убор» с камерой. После того как они поднялись в эту полость, вновь стала слышна канонада. Но звуки эти уже негромкие, приглушенные – ближние к хребту гаубичные батареи лоялистов, обстреливавшие укрепрайон весь минувший день и первую часть ночи, прекратили огонь.

Антон извлек из жесткого каркасного рюкзака тубус и ударостойкий пластиковый кейс. За открытыми бойницами лишь слегка брезжило, готовить инструмент пришлось почти вслепую, действуя на ощупь. Впрочем, для него, бывшего сотрудника спецподразделения «Вымпел», это не такая уж сложная задача. На то, чтобы собрать снайперскую винтовку Intervention m200, у него ушло лишь немногим более двух минут. Антон навернул на ствол глушитель. Занял на штатной направляющей свое место прицел Nightforce NXS 5.5-22X. Раздвижной приклад сдвинут вперед до упора. Крепить сошки нет нужды – позиция и условия позволяют работать и без сошек.

В микродинамике, закрепленном в ушной раковине, звучит монотонный голос армейского «переговорщика»:

– Маалула, вас вызывает Каламун Три! Монастырь, вышлите ваших переговорщиков!..

В приемник вставлен магазин с пятью патронами 408 CheyTac. Инструмент готов, полностью пригоден к работе.

«Вряд ли операция будет отменена, – подумал Силаев, открывая защитный колпачок прицела. – Слишком многое поставлено на карту…»

Глава 2

Ларнака. Республика Кипр

Владельца двухэтажной виллы, расположенной в закрытом коттеджном городке Ларнака-Бей-Резорт, разбудила мелодия сиртаки. Костас Ионидис – так зовут этого пятидесятилетнего мужчину – некоторое время лежал в темноте, прислушиваясь к доносящимся через открытую дверь спальни звукам рингтона. Похоже, он оставил одну из двух своих трубок внизу, в гостиной?.. Странно, он никогда этого прежде не делал; оба мобильника всегда при нем – и днем и ночью.

Костас нашарил на прикроватной тумбочке смартфон. Глянул на дисплей – половина третьего ночи. Он сейчас один в доме. Прислугу не держит – питается в ресторане, принадлежащем его знакомому. Уборку в доме делает приходящая сотрудница местной клининговой компании. Господин Ионидис разведен, детей у него нет. Сердечный дружок, «его малыш», тот, кого он ласково зовет Рыбка, находится сейчас в получасе езды отсюда, на съемной квартире, которую оплачивает Ионидис. Костас предупредил парня, чтобы тот не появлялся здесь до конца этой недели и даже не звонил сам по известному ему номеру, потому что таковы сложившиеся обстоятельства. Есть время работе, и есть время отдыху и неге…

Такты мелодии, популярной не только в современной Элладе, но и на греческой стороне ныне разделенного на две части острова, стихли. Но уже спустя несколько секунд некто, кому известен номер резервного телефона местного риелтора, владельца фирмы по торговле недвижимостью господина Ионидиса, повторил набор.

Мужчина включил прикроватную лампу. Не надевая халат, голышом, босой, прихватив пульт «смарт-хоум», вышел из спальни. Нажав одну из кнопок, включил светильники в гостиной и на внутренней лестнице. Да, так и есть: он оставил мобильник на столе в гостиной.