Читаем Бородинская битва полностью

Командование русским левым флангом вместо выбывшего Багратиона принял командир 6-го корпуса генерал от инфантерии Д. С. Дохтуров. Прибывшие резервы из 5-го и 2-го корпусов позволили стабилизировать фронт, а артиллерия, имеющая теперь на позициях за Семеновским оврагом как численное, так и качественное превосходство над противостоящей французской артиллерией, делала невозможным стремительный прорыв. Полученная поддержка в виде дивизии Фриана, сменившей потрепанный 8-й корпус Жюно, позволила французам продолжить атаки. Но развить их успех не удавалось. Хотя после длительного боя, состоящего из череды атак через Семеновский овраг и контратак, отбрасывающих французов обратно за него, деревня Семеновская осталась за французами, но ни о каком серьезном развитии успеха речи не шло.

8-й корпус был передвинут южнее флешей и оказался таким образом сближен с корпусом Понятовского.

Но, несмотря на отсутствие видимых результатов, сражение продолжалось, практически, с прежним ожесточением. Среди поредевших каре русской гвардии не раз появлялся начальник Главного штаба Беннигсен. Молодые офицеры, набравшись храбрости, обратились к маститому полководцу, победившему Наполеона в битве при Эйлау: «В какой степени можно сравнивать настоящее Бородинское сражение с Прейсиш-Эйлаусским?» Старый генерал некоторое время молча смотрел в совсем еще юные лица офицеров, уже так много переживших в тот день и продолжавших умирать под градом ядер, картечи и гранат.

«Верьте мне, что в сравнении с тем, что мы до сих пор видим, Прейсиш-Эйлаусское сражение только сшибка», — ответил Беннигсен, наполнив гордостью их сердца.

А Наполеон сделал в это время, на первый взгляд, нелогичный шаг, перенеся основные усилия с правого фланга, вроде уже добившегося успеха, в центр, на батарею Раевского. Но, как было видно по предыдущим действиям французского полководца, он постоянно в этом сражении старался обеспечить наиболее благоприятные условия для использования своей тяжелой артиллерии. Сейчас у него была возможность расстреливать войска русского центра, по сути, перекрестным анфиладным огнем. Этим прекрасно воспользовался фактически командовавший «Гранд-батареей» генерал Сорбье. Он выдвинул к речке Каменке 36 пушек гвардейской резервной артиллерии и 49 орудий конной артиллерии корпусов Нансути и Латур-Мобура. Эта мощная батарея продольным огнем расстреливала войска Остермана-Толстого и принца Вюртембергского, которые в это время составляли основу сил, защищавших батарею Раевского. Что не попадало в батарею, накрывало стоящие сзади и по бокам войска. И выдвинутое положение батареи улучшало французским командирам возможности ведения огня. Так как огонь продолжали и орудия «Гранд-батареи» и 4-го корпуса Богарне, то обрушившийся на русские войска огневой шквал по силе не уступал тому, что ранее был на Багратионовых флешах. Но эффект от него был даже выше из-за возможностей перекрестного огня. Эффективно противодействовать новой батарее мощнейшие русские батареи у Семеновского оврага не могли, ибо сектор обзора перекрывался Семеновскими высотами с расположенными на них флешами. Сорбье этим блестящим маневром артиллерией еще раз подтвердил свою славу одного из лучших артиллеристов эпохи.

Взятие Курганной батареи и действия Уварова и Платова

Битва под Москвой

Атака на батарею Раевского и гибель генерала Коленкура

«Был третий час пополудни, когда Наполеон возвратился с берегов Войны к Шевардину, где от раннего утра распоряжался войсками. Он приказал ограничиться пальбою из орудий против нашего левого крыла и обратился против центра в намерении овладеть Курганной батареей. Но центр наш был уже обеспечен прибытием корпусов графа Остермана и Корфа, переведенных туда с правого фланга. Граф Остерман стал в первой линии, между курганом и Семеновским, где с начала сражения находился корпус Раевского. Позади расположились полки Преображенский и Семеновский; за ними 2-й и 3-й кавалерийские корпуса; в последней линии Кавалергардский и Лейб-гвардии Конный полки. Дохтуров с остатками второй армии и войсками, в течение утра отправленными к ней на подкрепление, примыкал правым флангом к Семеновскому, левым стоя косвенно по направлению к Старой Смоленской дороге. Дивизии, составлявшие собственно корпус Дохтурова: 24-я, Лихачева, занимала Курганную батарею, 7-я, Капневича, стояла правее от нее.