Читаем Борис Пирпитум (Часть 1) полностью

В гостиной сидел за компьютером рослый мужчина в очках. - Здравствуй, Сергей, - сказала Катя. Мужчина повернулся к нам. - Сергей, - продолжила Катя, - это мой двоюродный брат из Ташкента. Я протянул руку Сергею: - Иван Абрамович, - представился я, - Казбеков. - Вы узбек? - спросил мужчина, поправляя очки. - А вы? Повисла неловкая пауза. - Вы оба не узбеки, - выручила нас Катя. - Вы русский и еврей. Давайте пить чай. Мы прошли в кухню. К своему удивлению, я увидел на стенах устаревшие зеленые африканские маски. Я не поверил своим глазам. Я не верил, что Катя, несмотря на свою умственную недоразвитость, могла повесить на кухне такое убожество. Я повнимательнее присмотрелся к очкарику. Какое дегенеративное лицо, подумал я, - низкий лоб, узко поставленные заплывшие глаза-щелочки, сломаный большой нос, выдвинутая нижняя челюсть, короткая шея с цепочкой, бритый затылок, усики щеточкой. Видимо, перехватив мой взгляд, Катя сказала: - Да! Да! Эти маски привез из Африки Сергей. - Вы что, моряк? - спросил я субьекта. - Да. Капитан дальнего плавания. - Какого ранга? - Капитан второго ранга Сергей Исаакович Гитаркин. - Как фамилия? - переспросил я. - Гитаркинг, - поправился тот. Так я тебе и поверил, - подумал я, - что у тебя такая интеллигентная фамилия. С таким-то барельефом! Мы уселись за стол. - Кому какой чай? - спросила Катя. - А откуда я знаю, какой у вас есть, - сказал я. - Есть индийский и китайский, - сказала Катя. - Индийский индийскому - рознь, - сказал я. - Какой ты капризный, - Катя сделала паузу, - ... двоюродный брат. - Какой есть... Ты можешь ответить - индийский со слоном или без? - я приложил руку к груди и наклонил голову. - Без слона. - Давай, все равно, индийский. - А мне прошу-с коньяку, - сказал мнимый Гитаркинг. Ага! - подумал я, - Все ясно! - Тогда и мне налей коньяку, прошу-с стакан с подстаканником с надетым лимончиком и с карамелькой. - Не треснет ли морда двоюродного брата? - спросила Катя. - Катя, - Гитаркинг посмотрел на Катю, - что подумает двоюродный брат о нас у себя дома, когда приедет? Он подумает, что мы жалеем налить коньяка и повесить лимончика. Дай же дорогому двоюродному брату лучше всё, что он спросит, чтобы ему было достаточно и он подавился! - Поняла, сестра, какой у тебя злой мужчина! Желает смерти твоему брату. - Хочу заметить, - сказал Сергей Исаакович, - я смерти никому не желаю, в том числе я не желаю смерти разным Иванам Абрамовичам, хотя это было бы так естественно с моей стороны. Катя принесла три стакана коньяку. - Давайте выпьем за встречу, - сказала она. Мы выпили. - Я тебе сейчас, - сказал я, - Сергей Исаакович, морду разобью. - Рискни здоровьем, Иван Абрамович. Мы резко встали из-за стола и я, отодвигая Катю, пытался дотянуться кулаком до хамской рожи Сергея Исааковича. Сергей Исаакович тоже пытался съездить меня по физии у Кати из-под мышки. Катя попыталась оттолкнуть нас друг от друга, но куда ей против двух разъяренных самцов! Мы смели ее с дороги и Катя, проехалась по столу, сбивая на пути стаканы с ложечками и свалилась со стола на совок. Бам-ц! звякнул совок. Воспользовавшись тем, что на моем лице отразилось желание помочь женщине, горилла Исаакович схватил меня поперек туловища и швырнул на горящую плиту. Хорошо, что я не успел высохнуть! - Пш-ш-ш! - зашипела мокрая одежда. Я соскочил с плиты, увернулся от летевшей в меня кастрюли, схватил щетку и ударил грязной щетиной Гитаркингу в лицо. С глаз у Гитаркинга слетели очки и повисли на люстре. Гитаркинг зарычал, выхватил у меня щетку и легко переломил ее об колено, а потом пошел на меня, покручивая на японский манер обломками. Вз-зы! Вз-зы! - жужжали обломки, разрезая воздух. Я отступил и вскочил с ногами на стол, занимая более выгодную позицию. Сзади меня на стене висели семь кухонных ножей от 8 см и длиннее. Я схватил самый большой и метнул в Сергея Исааковича. Сергей Исаакович сорвал со стены разделочную доску и прикрываясь ей как щитом, встретил нож налету. Я перекидал по очереди все ножи. Разделочная доска стала похожа на дикобраза из лаборатории ZZZ. Со стороны это, наверное, выглядело как цирковое представление, но я чувствовал себя в нешуточной опасности. Сергей Исаакович отбросил обломок щетки, вынул из доски самый большой нож и пошел на меня. Вдруг, когда он уже замахнулся и готов был нанести последний страшный удар, зазвонил мобильный телефон, взятый мной в доме Пулеплетова. - Минутку, - сказал я, - у меня важный звонок. Сергей Исаакович от неожиданности замер. Воспользовавшись его замешательством, я нанес сокрушительный удар ногой в челюсть. Это был мой коронный удар - со стола по морде. У Сергея Исааковича Гитаркинга посерьезнело лицо и из носа брызнула кровь. Не теряя времени, я двинул еще разок, чтобы закрепить успех. Гитаркинг закатил глаза, выронил доску, выронил нож, закачался и рухнул на пол. Телефон продолжал звонить. Я вынул трубку из кармана и поднес к уху. - Алё! - Аркаша? - услышал я незнакомый женский голос. - Ну! - А по телевизору говорят, что ты пропал. Лень человеку позвонить проверить! Растрезвонят на весь мир! - Кто говорит?! - спросил я. - Ты чего? Не узнаешь? - Не узнаю. Тебя плохо слышно. - Это я - Шура! - закричали в трубке. - Привет, Шура! - я отключил телефон, потому что счел неуместным разговаривать по телефону неизвестно с кем, стоя на столе в кухне в присутствии лежащих на полу бывшей жены и ее сожителя. Я засунул телефон обратно и спрыгнул вниз.