Читаем book1975 полностью

Было бы, скажем, выгодно организовать переброску энергии при напряжении в 2,5 миллиона вольт. Но если ток будет переменным, придется ставить мачты фантастических размеров да еще подвешивать на них столь же фантастически огромные изоляторы для крепления проводов. Но такие линии передачи и стоили бы фантастически дорого. Между тем проблема передачи энергии на огромные расстояния становится все более актуальной.

Передача тока постоянного напряжения значительно выгоднее и проще. Надо, однако, преобразовать переменный ток, вырабатываемый электростанциями, в постоянный, а потом в местах потребления производить обратное преобразование. Работы В. М. Тучкевича и его сотрудников позволили создать мощные преобразователи переменного тока в постоянный.

Очень важное значение имеют и работы по гетеропереходам. Они открыли новые широкие возможности для применения полупроводниковой техники. Работы по гетеропереходам, выполненные в Физтехе, определили программу исследований во многих лабораториях мира и обеспечили ведущее положение советской науки в весьма перспективном разделе физики и техники.

Можно без преувеличения сказать, что лаборатория полупроводников играет передовую роль в исследовании гетеропереходов. За ее работами с большим вниманием следят не только в нашей стране, но и за рубежом.

В Тучкевиче привлекают его целеустремленность и в то же время разносторонность — ученый, видный общественник и спортсмен.

С третьим киевлянином, Дмитрием Николаевичем Наследовым, я стал работать сразу же, как только он приехал в Ленинград. Теперь он тоже ученый с мировым именем, а тогда лишь начинал свой путь в науке.

Дмитрий Николаевич обосновался в Физтехе в лаборатории, которая находилась напротив моей мастерской. Там он работал вместе с другим молодым ученым Л. М. Неменовым, с которым я сдружился еще во время подготовки к поступлению в вуз. Они тоже занимались полупроводниковой проблемой. И вот, начав свою работу с методики исследования потенциалов на поверхности полупроводников, они столкнулись с серьезными трудностями. Им надо было включать электрические поля на кратчайшие промежутки времени. Пробовали использовать для этого известный прибор — маятник Гельмгольца, но он нужной точности не обеспечивал. «Соседи» пришли ко мне и предложили принять участие в их опытах. Прежде всего надо было придумать новый прибор. Мы создали установку, позволявшую включать электрические поля на самый короткий срок — стотысячную долю секунды. Этому и была посвящена моя первая печатная работа. Наш прибор заинтересовал иностранных ученых. Его описание и фотографии опубликовал и английский научный журнал.

За первой работой последовали другие. Как говорится, лиха беда начало. Иные задания, получаемые нами от руководства института, возникали неожиданно. Физтех живо откликался на события, происходившие в разных областях научной жизни страны. Скажем, в 1932 году снаряжалась экспедиция по Северному морскому пути на ледоколе «Сибиряков». В ней участвовали ученые-полярники, океанологи, и Физтех послал на «Сибирякова» своего представителя — молодого ученого Ибрагима Факидова.

Поход оказался очень удачным. «Сибиряков» стал первым кораблем, который прошел из Архангельска во Владивосток за одно лето, доказав возможность сквозного плавания по Северному морскому пути. Полезной оказалась экспедиция и для Факидова. Он сделал много интересных измерений, изучал толщу и состояние льда, температуру и состав воды в различных районах Арктики, привез много экспонатов.

В 1933 году по Северному морскому пути отправился пароход «Челюскин». И снова на нем пошел в трудный поход физтеховец Ибрагим Факидоз, он стал участником знаменитой челюскинской эпопеи. Ибрагим успешно работал на судне, а потом, когда «Челюскин» раздавило тяжелыми полярными льдами в Чукотском море, был со всеми на льду, делил с товарищами по экспедиции все тяготы, лишения и заботы. В дальнейшем Факидов уехал вместе с отпочковавшимся от Физтеха Институтом физики металлов в Свердловск, где работает и по сей день.

БРОСОК В СТРАТОСФЕРУ

В 1933 году в Советском Союзе проводились привлекшие к себе внимание всего мира исследования стратосферы. И Физтех также не остался в стороне от них.

В наши дни, когда на орбиту земного шара выводятся большие научные станции-лаборатории, способные оставаться там неделями и месяцами, а космические корабли уходят к другим планетам и в глубь Галактики, задача подняться в воздух на полтора-два десятка километров кажется совсем простой. Такой высоты достигают обычные самолеты. Но в те времена ракетная техника существовала лишь в мечтах и замыслах ученых, которые ставили свои первые эксперименты.

Для авиации подобная высота тоже была еще недоступной. Попытки подняться за пределы тропосферы, проникнуть в высокие слои воздушной оболочки Земли совершались лишь на аппаратах легче воздуха, то есть на воздушных шарах. Но и эти попытки не всегда заканчивались успешно, за них исследователи не раз платили своими жизнями.