Читаем Бонташ полностью

В Вене у дверей вагона нас встречает небритая личность, отрекомендовавшаяся Эдиком, представителем Сохнута. С этого мгновния мы попадаем на великолепно отлаженный конвейер. Наши вещи грузят в автобус, нас отвозят на снятую квартиру, назначают время посещения Сохнута. Квартирка в центре города, маленький вымощенный брусчаткой дворик без единой травинки, идеально чистая облупленная лестница с автоматически зажигающимся светом. На следующий день в Сохнуте отказываемся от Израиля и поступаем в распоряжение Хиаса, с той же чёткостью перерабатывающего толпы эмигрантов. Во всех помещениях теснятся люди, заполняют документы, ждут приёма, играют в карты и пинг-понг, просто разговаривают. Картину слегка омрачают железные двери с окошками и постоянно дежурящими молодыми парнями. Средний срок пребывания в Вене – две недели, свободного времени много. Денег дают с избытком, но все советуют экономить и в конце выменять шиллинги на лиры, в Италии денег нехватает. Осматриваем Вену. Чувство особенной лёгкости и расслабленности после долгого напряжения. Обнаруживаю, что могу читать все надписи и кое-как объясняться. Красочные толпы туристов, красочные изобильные магазины, автомашины множества марок – кажется, что я попал в экран уже виденного заграничного фильма. Заснувшее имперское величие зданий и дворцов прошлого века не соответствует масштабам города и страны. Дунай, оказывается, не в центре Вены, а на окраине, пустынный и скучный. В знаменитой венской опере – стоячая галёрка и неудобоваримый "Трубадур". Экономлю деньги и передвигаюсь пешком. Настроение в целом приподнятое из-за теоретического сознания подлинной свободы. Эмигрантские мужчины, зная, что на них теперь смотрит вся Европа, ходят с деревянными шеями в своих лучших костюмах и галстуках. Некоторые имеют подшивки документов и вырезок, свидетельствующие об их диссидентском прошлом, некоторые исхитрились вывезти толстенные рукописи, в которых они с математических позиций окончательно разоблачают советскую систему и дают рецепт – как устроить земной шар, чтобы всем стало хорошо. Остальная публика просто с наслаждением читает русскоязычную антисоветскую литературу и интересуется, в какой церкви раздают бесплатную одёжку.

В семье всё же обстановка нервозная, сказывается необычность ситуации. Каждый хочет своё, дети ссорятся, Ира прямолинейно устанавливает справедливость, после чего начинается такой двухголосый рёв, что я уже вижу, как нас выселяют – кто знает, какие порядки в этой стране…

Наконец – ясная тихая ночь, наши вещи вынесены в подворотню, дети спят в доме одетые, я внизу дежурю в ожидании транспорта. По отблескивающим в свете фонаря булыжникам двора чинно семенит аккуратненькая австрийская крыса. Прощай, Австрия, мы улетаем в Рим.

***

Италия. Из аэропорта Леонардо да Винчи нас огромным автобусом провозят мимо Рима в городок Павону и устраивают в бывших монастырских кельях. Это уже итальянская экзотика, как здорово!

Следующим розовым утром, напомнившим картины стажировавших в Италии русских передвижников, я бодро выхожу из ворот пансионата, чтобы ехать электричкой в римское отделение Хиаса. Неожиданности начинаются сразу. Перед моим носом на большой скорости проносятся автомашины, пешеходных дорожек нет. Прижавшись к ограде, всё время опасливо оглядываясь, двигаюсь к станции. Там непринуждённо покупаю план Рима и только потом соображаю, сколько я за него выложил. Следующий удар – стоимость билета в электричке. Но вот в окне появляются окраины Рима, а Рим есть Рим. Выхожу на небольшом Остийском вокзале и очарованный бреду по городу. Золотисто-коричневый Рим, цвета древних мумий, являет себя с величием и непринуждённостью истинно Вечного Города. А в Хиасе выдают деньги на первое время и говорят, что мы должны найти себе квартиру и выселиться из Павоны не позднее чем через четыре дня, когда приедет следующая группа. Как это, мы сами должны искать квартиру? А если не найдём? Цены на жильё огромные, скоро курортный сезон, эмигрантам сдавать не хотят, искать надо по всему побережью, и одни поездки съедят все деньги. И некому жаловаться, не с кого требовать, хоть ложись с детьми посреди улицы и умирай…

Остия, главная эмигрантская база, переполнена, то же самое в Ладисполе. В американском посольстве многим начали отказывать во въездной визе, скопилось огромное количество эмигрантов. Настроение у всех траурное.

Начинаем поиски с Санта-Маринеллы, где живут знакомые. Какое дивное живописное побережье, какой воздух! Квартир нет. В Ладисполе Женя даже не хочет искать, говорит, что эмигранты превратили его в местечковую ярмарку. Даже до Союза дошли рассказы о знаменитом ладиспольском фонтане в центре городка, где ежедневно обсуждаются новости и сплетни, делаются гешефты и выставляются невесты.