Читаем Бомба времени полностью

Ван Уоук, казалось, взглянул на макет с удивлением.

— Это? А, сначала мы собирались использовать макеты, но вскоре поняли, что необходимы живые люди. — Я заметил, как дернулись у него при этом желваки. — Человек — весьма сложное устройство, его не легко моделировать.

— И как все это складывается в единую картину? Если я лежал связанный в соседней комнате...

— О, это было лишь в самом конце. Вы... э-э... потеряли контроль над собой. Пришлось успокоить вас легким наркозом.

— Сколько времени прошло с начала теста?

Ван Уоук взглянул на большие часы с дорогим браслетом у него на толстом, волосатом запястье.

— Почти восемь часов, — ответил он, сочувственно покачивая головой. — Тяжелые были восемь часов, Джим.

— И что теперь, доктор?

— Теперь? Анализ записей поможет нам понять, что пошло не так, как надо, затем мы займемся коррекцией, и я начну новые тесты.

— И я, разумеется, должен все это утвердить.

— Естественно, сэр.

— А что бы вы сказали о полной остановке тестирования.

Ван Уоук выпятил нижнюю губу и поднял на меня взгляд.

— Вам, конечно, виднее, сэр, — пробормотал он. — Если вы уверены, что существует опасность...

— Возможно, мы должны уничтожить Машину, — сказал я.

— Гм-м... Может, вы и правы...

ИЗ СЛЕДУЮЩЕЙ комнаты раздались голоса на повышенных тонах.

— ...не знаю, что вы собираетесь сделать теперь, — вопил Барделл, — но я не согласен. Отоприте эту дверь, будьте вы прокляты! Я немедленно ухожу...

Мы вернулись туда. Барделл стоял у двери холла и дергал ручку, лицо его покраснело от усилий. Эридани метался вокруг него. Трайт стоял у боковой двери, нажимая кнопку. Он взглянул на Ван Уоука.

— Какой-то шутник запер дверь снаружи, — сказал он, затем подошел к Барделлу, отпихнул его в сторону, сам повертел ручку, потом пнул дверь на уровне фиксатора.

Но было похоже, что он повредил не дверь, а ушиб палец ноги.

— Что, черт побери, вы творите, Трайт! — Ван Уоук подошел к двери, тоже подергал ее, повернулся и расстроенно посмотрел на меня.

— Вот видите... — воинственно начал он, но тут же сменил тон. — Это какая-то ошибка. Я думаю, ею займется система безопасности.

— Вам не сойдет это с рук! — заорал Барделл, схватил металлический стул и обрушил его на дверь.

Стул отскочил, одна его ножка погнулась. Ван Уоук пронесся мимо меня в комнату, из которой мы только что вышли, подскочил к окну, распахнул раму — и отпрянул.

— Это ваша работа? — придушенно спросил он.

Я подошел, чтобы глянуть, что его там поразило. Там, где прежде был проход, все заполнял твердый бетон.

— Ну, конечно же, — сказал я. — Пока вы пытались всей оравой выломать дверь, я быстренько подсуетился, залил двухметровый проход бетоном и как следует остудил его. Простите, забыл нацарапать на нем свои инициалы.

Он заворчал, обогнул меня и побежал в мозаично-зеленую лабораторию. Там жались друг к другу Эридани, Трайт и все прочие, только Барделл стоял у противоположной стены, наблюдая за ними. Я подошел к двери, которую пытался открыть Барделл, и постучал по ней. Дверь была незыблемой, точно у бункера.

— И телефона здесь нет? — спросил я.

— Здесь ничего нет, — тут же ответил Эридани. — Особые требования изоляции...

— А если попробовать ее чем-то вроде прута?..

— Вот... Засов от шкафчика с документацией.

Трайт взмахнул стальной полосой в метр с лишним длиной с таким видом, словно хотел огреть ею меня по голове. Но не стал этого делать, а подошел к двери, сунул конец полосы в промежуток между дверью и косяком и надавил. Древесина раскололась, дверь широко распахнулась вовнутрь.

Но дверной проем был перекрыт сплошной бетонной стеной.

Трайт отшатнулся, а Барделл с визгом забился в угол.

— Вы хотите убить меня! — завопил он. — Я в ваших руках, но у вас ничего не получится... — Он замолчал и уставился на меня. — А вы, — заявил он визгливым голосом. — Они убьют и вас. Вы не в большей безопасности, чем я! Может, вместе нам удастся выжить...

Ван Уоук резко повернулся к нему.

— Вы, чертов дурак! К кому вы обращаетесь за помощью? Мы все его жертвы! Это он отвечает за это... Это его рук дело...

— Лжец! — завизжал Бартелл и повернулся ко мне. — Это вас они хотели устранить. Они обманом заманили вас в Машину Грез. Они хотели вертеть вами, как угодно, чтобы свести с ума. Это был единственный способ устранить вас, не убивая...

Трайт подошел к нему, ударил правой в живот, а затем левой снизу в челюсть. Он не ушел в нокаут, но заткнулся. Затем осел вдоль стены, часто дыша открытым ртом.

— Ладно, — сказал Ван Уоук немного повышенным, дрожащим голосом.

Потом с трудом сглотнул и набычил голову, словно я был кирпичной стеной, а он собирался таранить меня. Я выхватил один из своих пистолетов и прицелился в него.

— МАТЕРЬ БОЖЬЯ! — сказал Уоллф и начертил в воздухе магический символ.

Ван Уоук выдавил из себя что-то бессвязное. Эридани раздул ноздри. Траут выругался и потянулся к боковому карману.

— Не надо, — сказал я ему. — Только попробуй, и я испорчу цвет твоего лица.

— Нужно это прекратить, Флорин! — воскликнул Ван Уоук, но в голосе его было мало экспрессии. — Мы больше так не можем.