Читаем Большая судьба полностью

Действительно, картографы и краеведы не поспевают за семимильными шагами республики. Карты и путеводители стареют, не успев увидеть света.

Освобожденный народ завидными темпами строит, творит… Болгария день ото дня молодеет!

Страна тысячи озер

Это было в июне 1954 года. Вместе с шофером корреспондентского пункта Лазаром Крыстевым, уроженцем Софийского поля, участником антифашистского движения и бывшим политическим заключенным, мы ехали из Софии в Рилу. День только начинался, но жара стояла нестерпимая. Не жара, а пекло. Воздух был сух, как в протопленной печи. Казалось, что нет в нем ни капли влаги, что многонедельный зной высосал ее даже из земли и камня, обратил в пар, поднял его к перистым облакам, а затем и их разложил на невидимые микрочастицы, не оставив на голубом шатре неба ни одного серого пятна. И только мутноватая пелена окутывала солнце, словно бы заслоняя все живое от его испепеляющих лучей.

Дорога вилась по краю русла Искыра, протекающего в ущелье между Средна-горой и Планой. На тридцатом километре от Софии тиски гор разомкнулись, и мы въехали в широкую котловину.

Подрулив к пологому каменистому берегу реки, Лазар неожиданно предложил:

— Окунемся?

— Да тут воробью негде пера намочить!

Речка почти пересохла. Вода не текла. Лишь по канавам да ямкам зеленели лужицы, затянутые тиной.

— А у нас говорят: «Нет реки глубже Искыра», — припомнил шофер болгарскую поговорку, в которой столько же шутки, сколько и грусти.

Многие поколения болгарских крестьян думали тяжелую думу о воде, матери урожая. Орошение всегда было острой необходимостью земледелия страны. Главные источники воды — горные речки, режим которых резко колеблется. В пору весеннего паводка они сильно разливаются, иногда смывают на больших площадях плодородную почву, несут бедствия; а летом мелеют, некоторые даже пересыхают: езжай по их каменистому руслу, как по шоссе — только искры из-под железных шин телеги сыплются.

…И вот та же дорога в Рилу, те же куполы Средна-горы и Планы. Но они стали заметно ниже, будто осели. Это потому, что их подошвы и склоны скрыты под водой. Старая дорога лежит где-то на дне озера, простершегося на четыре километра вширь и на полтора десятка километров в длину. Свежий ветер гонит скучившиеся над озером тучи, а между тучами и волнами упругими крыльями рассекают простор морские чайки.

Теперь действительно в Болгарии «нет реки глубже Искыра». Огромная — 650 миллионов кубометров! — масса задержанной железобетонной плотиной воды устремляется могучим потоком в широкодиаметровые трубы, приводит в движение турбины двух электростанций, потом разливается по каналам, неся плодородие пшеничным нивам, кукурузным плантациям, огородам, садам Софийского поля.

К концу турецкого владычества в стране орошалось лишь пять тысяч гектаров земли — исключительно по низинам реки Марицы да ее притоков Вычи и некоторых других. Кобургскую династию и фашистских правителей Болгарии орошение занимало не больше, чем турок. Правда, во второй половине тридцатых годов, когда болгарская буржуазия, отстаивая свои позиции на европейском аграрном рынке, волей-неволей должна была повышать интенсивность сельского хозяйства, началось создание водных, синдикатов. В 1944 году поливная площадь достигла 37 тысяч гектаров.

Народная власть изменила водный баланс страны. Повсюду созданы огромные язовиры:[1] гигант на Искыре, который жители столицы назвали Софийским морем, искусственные озера имени Георгия Димитрова, имени Александра Стамболийского, имени Василя Коларова, Батак, Студена, Студен кладенец… Построено еще 1 768 больших и малых водохранилищ. Народ по-хозяйски собрал в «закрома» «белое золото» воды. Язовиры стали могучими аккумуляторами энергии и плодородия.

В последние три года гидромелиоративное строительство приобрело особенно широкий размах. Крупные сооружения создаются на государственный счет, средние и малые воднохозяйственные объекты — силами и средствами кооперативов с помощью государства. Только за 1959 год поливные площади были увеличены на 150 тысяч гектаров! К концу 1960 года в Болгарии уже орошалось 700 тысяч гектаров земли.

Но большая вода — впереди. Партия и правительство разработали программу, согласно которой в 1965 году орошаемые площади достигнут двух миллионов гектаров! Извечная проблема борьбы с засухой в основном будет решена. Будут созданы условия для получения высоких гарантированных урожаев всех сельскохозяйственных культур.

В географическом справочнике, изданном десять лет назад, между прочим, говорится: «Озер в Болгарии мало, и в большинстве своем они невелики».

Много воды утекло за десятилетие! И теперь, когда вы где-либо прочтете или услышите слова: «Страна тысячи озер», — не думайте, что речь непременно идет о Финляндии… Тут уж как нельзя к месту древний афоризм: «Все течет, все изменяется». Ныне и Болгария стала «страной тысячи озер». И не какие-нибудь геологические катаклизмы, не природа, а человек создал эти озера.