Читаем Большая кровь полностью

Утром двигатели не хотят запускаться, хотя на ночь мы закрываем их соломенными матами. Теперь механики вынуждены каждые полчаса запускать двигатели, чтобы прогреть их. Часто они проводят всю ночь на морозе, и в результате среди них много обмороженных» (Зефиров М.В. Штурмовая авиация Люфтваффе, с. 238).

Гюнтер Ралль:

«Ледяной холод поразил нас как молния. У нас не было ни одежды, ни оборудования, предназначенных для такого холода. Температура буквально за несколько дней упала до минус 30—35 градусов Цельсия и остановилась на этом уровне. Это было время тяжелых испытаний для нас

и, особенно, для наших истребителей. Нам приходилось разжигать костры под нашими самолетами и поддерживать их втечение всей ночи, несмотря на существующие правила безопасности. Утром мыдолжны быть готовы к вылету» (Чертова дюжина асов Люфтваффе, с. 146).

Техника в прямом смысле «замерзла» и не желала функционировать — отказывали пулеметы, двигатели танков и самолетов

I it желали заводиться. Вспомните хронику, на которой изображена брошенная нацистская техника под Москвой. Это вовсе не достижение Красной Армии. Технику бросили сами немцы по причине невозможности вывода ее из-за технического отказа.

Это через год немцы будут знать, что для безотказной работы на морозе пулемета его надо не покрывать густым слоем смазки (как указывалось в инструкциях), а наоборот — удалить всю смазку и поболтать «гевер» в ведре с кипятком.

Это через год они будут знать — для того чтобы завести на морозе двигатель танка, самолета, автомобиля достаточно перед «■заводом» вылить прямо на мотор бензин (что противоречило исем нормам пожарной безопасности, прописанным в тех же немецких уставах): бензин разжижает загустевшую на морозе смазку и движок работает бесперебойно.

Это через год будет известно, что:

а) по окончании боевого дня надо вычистить ходовую часть

1анков и бронемашин от грунта, в противном случае за ночь вся >та хлябь так застынет на морозе, что с утра невозможно будет мровернуть катки;

б) желательно ночью разводить и поддерживать костры под днищами танков;

в) для того чтобы двигатель самолета с утра завелся, можно развести под капотом большой костер, однако подобный способ •зачастую приводил к тому, что полностью выгорала электропроводка и выходила из строя гидравлика.

Это через год вЛюфтваффе будет известно, чтозимой не стоит использовать для полетов всю площадь аэродрома. Площадку надо разделить на две части, одну из которых эксплуатировать, а другую — держать «под паром» (не использовать). Когда сойдет снег, грунт на неиспользуемой полосе будет прочным и самолеты станут действовать без «поправок» на распутицу. Та же часть аэродрома, которую зимой использовали интенсивно, во время оттепели превращалась в месиво, трясину, действовать с которой авиация не могла.

Все это немцы будут знать только через год, а в ноябре — декабре 1941-го они только осваивали «зимнюю науку», и данное обстоятельство имело для Вермахта весьма серьезные последствия.

Окончательно усугубила положение немецких войск допущенная командованием группы армий «Центр», невидимая на первый взгляд, ошибка.

«Достигнув в начале октября своей ближайшей цели, противник не смог осуществить второй этап операции «Тайфун»