— Как вы со мной разговариваете⁈ — ахнул Кожевников наливаясь краской, мне показалось, что я учуял от него легкий запах перегара. Да нет! Не может быть, все запасы у них ещё на губе забрали… — впрочем извольте. Мы пришли сюда неделю назад, и я попросил Семёна задержаться на день и изготовить нам кое-что для нормальной работы, так как сам я не в состоянии. Он сколотил нам лавку, стол и гать к камню. Ночью к лагерю вышел медведь. На следующее утро Ваш сотрудник бросил нас не доделав козлы и ушёл его искать! Вот и всё, больше мы его не видели. Это безответственно! Как можно уйти на охоту и бросить группу, когда у нас нет нормальных условий для работы⁈ Это же мировое открытие и нужна была квалифицированная помощь! Козлы нам со студентками пришлось доделывать и устанавливать самим!

Сердце тревожно забилось в груди. Всё-таки случилось… Медведь вышел к лагерю группы и его требовалось отогнать или застрелит, чтобы обезопасить лагерь. Семён ушел в тайгу и не вернулся… Тут можно предполагать всё что угодно, но в голову приходят только самые худшие варианты. Не вернулся, значит не смог! А не смог он только если убит или ранен! И времени прошло уже несколько дней!

— Вещи его тут⁈ Быстрее отвечай сука! — заорал я на перепуганного профессора.

— Он с собой только ружьё взял и маленький сидор, остальное тут… — вмешалась одна из студенток — мы говорили профессору, что это не нормально, а он и слушать не захотел! Как напьётся, так к нам в палатку лезет! Павел Лукич, это же все границы переходит!

— Нажрётся? Говорили? — злоба переполняла меня через край — где он бухло взял⁈

— Он как пришёл, на следующий же день ягод набрал и брагу поставил, с тех пор и пьёт её каждый день — сдали Кожевникова студентки.

— Сука… — выдохнул я — где вещи Семёна? Быстро девочки, каждая минута на счету!

— Сейчас, я принесу! — одна из студенток бросилась в лагерь, а я, не обращая внимания на вопросительный взгляд Ерастова начал быстро экипироваться.

Ружьё, нож, топор, вещмешок на спину, на пояс патронташ. Ничего не забыл? Вроде всё. Так! Не всё! Аптечку из лодки в мешок, вот теперь всё. Как только я закончил снаряжаться, прибежала студентка, поставив передо мной вещи друга.

— Батон! Ищи! Семён! Ищи родной! — сунув нос Батона в вещи Сёмы, я обернулся к стоящим вокруг меня учёным — сидеть тут! Из лагеря ни ногой! Если я не вернусь, через несколько дней тут будет группа егерей из охотхозяйства, они вас отведут в посёлок. Брагу вылить к чертям собачим! Если кто-то не всосал с первого раза, следующую порцию спиртного получит уже в больнице, на ватке, когда ему уколы будут делать! Девок и Изю не трогать! Всем всё понятно⁈ Всё, я ущёл!

— Вы тоже уходите⁈ Это же не в какие ворота! — так ничего и не понявший Кожевников попытался качать права.

— До тебя что урод, так и не дошло, что случилось⁈ Семён ушёл отгонять медведя от лагеря и не вернулся! Совсем мозги пропил гнида⁈ Будь у тебя толика серого вещества в голове, ты бы уже на следующий день после его пропажи вернулся в часть к зенитчикам и попросил бы помощи! Семён тебе ничем не обязан был, он должен был тебя только довести до места и уйти! И тем не менее он остался и помог вам, а потом и ушёл один на медведя, без товарищей и собак, что бы вас ночью не порвали в клочья! Ещё хоть слово вякнешь, через трубочку до конца жизни пюре есть будешь! Батон, ищи!

Батон рванул в тайгу, а я поправив ружьё на плече бросился за ним. Есть ещё шансы, не большие, но есть! Не мог Семён — вот так погибнуть. Я его обязательно найду!

Глава 4

Бежим, а куда бежим хер его знает. Не думаю, что запах следов Семёна сохранился за несколько дней. Но тем не менее Батон уверенно рвётся вперёд и не думает сбавлять скорость. По-моему, не правильно мы чего-то делаем. Нужно было следы медведя искать, он более стойкий, а значит и пройти по нему легче, да и визуально его найти, наверное, можно ещё. Следы когтей, клочки шерсти, сломанные ветки и так далее, всё это найти наверняка ещё можно. Найдём медведя, найдём и Семёна.

— Батон, стоять, ко мне! — я остановился на небольшой полянке, где отчётливо увидел медвежий помёт. Тут эта сволочь косолапая долго гуляла, время проводила, возле некоторых деревьев видны старые следы лап, кое где из кары торчат бурые шерстинки. Батон, развернувшись на месте, нехотя подбежал к моей ноге и вопросительно поднял морду, сдавленно рыкнув. Не понимает мой питомец, чего это я задержался, хотя сам же приказал искать.