У меня нет выбора. Он не оставил мне выбора, и в этот момент я жалею, что я не человек. Что я не могу пролить те слезы, которые заглушают молодой голос, взывающий к своему защитнику, чтобы он отвернулся и спасся.

Но я не могу плакать. Я могу сделать только одно.

— Прощай, Лэнс, — тихо передаю я по командной сети батальона. — Прости меня.

И стреляю.

<p>Со щитом </p>

Лейтенант Манека Тревор редко чувствовала себя такой молодой.

Она выбралась из воздушного такси, доставившего ее в Форт-Меррит, и заставила себя остановиться и хорошенько потянуться. Она была стройной хорошо сложенной молодой женщиной, но тесный салон маленького такси, которое она могла себе позволить, не был приспособлен для одновременной перевозки и багажа и людей. Весь перелет от Найк Филд до Форт-Меррита она проделала с вещмешком и сундуком, наваленными на ноги. Кроме того, разминание затекших ног давало ей очевидную причину постоять на месте и поразглядывать резервацию Меррит.

Огромная военная база, названная в честь одного из павших героев бригады "Динохром", простиралась так далеко, насколько мог видеть невооруженный человеческий глаз. Большинство видимых строений были приземистыми, просто керамобетонными глыбами, возвышающимися над окружающей тропической растительностью, как огромные, наполовину зарытые в землю мячи для гольфа. Было несколько исключений. Одним из них, судя по указателям перед ним, был главный административный корпус форта. Это конкретное сооружение было высотой почти в тридцать этажей и увенчано ошеломляюще сложной системой коммуникаций. Манека задалась вопросом, было ли это здание построено настолько выше других зданий базы специально для того, чтобы очень молодые офицеры, прибывающие на свои первые полевые задания, чувствовали себя еще более нервозно, или же это просто было непредвиденной случайностью.

Ее губы изогнулись в легкой усмешке, вызванной ходом ее собственных мыслей, она перестала потягиваться, одернула подол форменной туники и активировала устройство для выдачи багажа.

Сундук и вещмешок выплыли из тесной кабины и аккуратно выстроились позади нее на своих индивидуальных антигравитационных установках. Она уже заплатила за проезд, и искусственный интеллект такси бросил ей вслед веселое “Хорошего дня!”, потом машина захлопнула дверцу, развернулась и, поскуливая, полетела обратно в сторону Найк Филд.

Манека расправила плечи и направилась по кажущейся бесконечной керамобетонной дорожке к внушительному главному входу в административное здание, а ее багаж послушно тащился за ней.

Зеркальный бронепласт возвышался над ней, отражая темно-синее небо Санта-Круза и сверкающие белые облака. Для раннего лета на Санта-Крузе день был умеренно теплым, но Манека родилась и выросла среди скалистых вершин планеты Эверест. Она предпочитала более прохладный и сухой климат, не говоря уже о значительно более низком атмосферном давлении, и, хотя прочная ткань ее бригадной униформы поддерживала температуру ее тела в выбранном ею диапазоне, она чувствовала, как пот выступает у нее на лбу и собирается под короткими темными волосами. По крайней мере, Эверест не так уж сильно отличался от населенных людьми мест, чтобы его жители не смогли приспособиться даже к таким душным и влажным парилкам, как Санта-Крус, если бы им пришлось... рано или поздно. По крайней мере, ее генетическое наследие позволяло ей загорать быстро и глубоко.

Конечно, призналась она себе, климат — не единственная причина, по которой ты сегодня потеешь, не так ли, Манека?

Она тихо усмехнулась при этой мысли, затем приняла “официальный” вид и приблизилась к вооруженному часовому. Бригадный капрал в безупречной форме стоял по стойке “вольно”, бесстрастно наблюдая за ее приближением. Манека знала, что его присутствие здесь было полным анахронизмом. Периметр и здания Форт-Меррита охранялись гораздо более эффективными системами безопасности чем этот капрал, а стандартный компьютерный интерфейс мог бы более эффективно приветствовать посетителей и направлять их в соответствующие пункты назначения.

Тем не менее, назначение капрала сюда несло в себе определенный смысл, который не ускользнул от внимания новоиспеченного лейтенанта. Какими бы совершенными ни были технологии, какими бы смертоносными и преданными своему делу подразделениями бригады "Динохром" они ни были, авторитет человека-командира был заложен в них на каждом уровне. В конечном счете, бригады Боло были слугами человечества. Да, они также были защитниками и надежными боевыми товарищами. Но, в конце концов, авторитет людей должен быть сохранен на всех уровнях.