Читаем Болеутолитель. Темное полностью

— Иногда, мистер Барби, наш ум обманывает нас. Особенно под влиянием подсознательного стресса, и мы склонны искаженно воспринимать причины и следствия. Такое дефектное мышление не обязательно означает умопомешательство. Вы знаете, что Фрейд написал целую книгу о психопатологии повседневной жизни.

Он лениво поднес к сигарете плоскую зеленую зажигалку.

— Давайте спокойно посмотрим на ваш случай, мистер Барби, не будем пытаться сразу же, экспромтом, ставить диагноз. Я вижу, вы порядком извели себя, занимаясь тем, в чем недостаточно осведомлены. Вы также признали, что выпивали больше, чем следовало. Вы должны понять, что такой образ жизни рано или поздно кончается плохо.

Барби съежился.

— Итак, вы думаете, что я безумен?

Гленн критически покачал головой. — Я этого не говорю. Вы просто чрезмерно эмоциональны. Человеческий мозг — не машина, и психические состояния нельзя оценивать только одной краской — черной или белой. Известная степень психических отклонений фактически совершенно нормальна, и жизнь без этого была бы вялой и скучной.

Барби с несчастным видом съежился в кресле.

— Итак, не будем стремиться к скороспелым заключениям, пока не найдем время для всестороннего физического и психического обследования. — Гленн слегка покачал головой, осторожно разминая свою недокуренную сигарету.

— Замечу все же, что, очевидно, вы неравнодушны к мисс Белл, а сам Фрейд считает любовь «нормальным помешательством».

Барби искоса взглянул на врача.

Гленн снова сжал ухоженные руки.

— Во всех нас, мистер Барби, спрятаны подсознательные ощущения страха и виновности. Они возникают в детстве и сопровождают нас всю жизнь. Они требуют выхода, но находят такие пути реализации, которые мы редко предполагаем. Даже у самых нормальных и здравомыслящих работают эти тайные мотивы. Не предполагаете ли вы, мистер Барби, что и в вашем случае эти подсознательные, погребенные внутри ощущения стали находить выражение в ярких снах или галлюцинациях при бессоннице. Они не сдерживаются вашим сознанием из-за чрезмерной усталости, бурных эмоций и излишнего приема алкоголя.

Барби покачал головой, внезапно почувствовав себя очень неуютно. Он передвинулся в своем кресле, чтобы посмотреть в окно на красно-желтый пейзаж за рекой. Рядом с темной водой лежали золотые поля пшеницы, а позади серебрились крылья мельницы.

Тупая обида созревала в нем в ответ на холодное анатомирование врачом его чувств. Ему стали противны эта маленькая комната и профессиональные разглагольствования Гленна. Он не хотел, чтобы его интимные чувства стыда и страха ложились на сухие спрессованные выкладки. Барби ощутил страстное стремление к свободной и изумительной силе своих видений.

Проникновенный голос Гленна продолжал:

— Возможно, вы каким-то образом обвиняете себя, конечно, бессознательно, в тяжелом психическом расстройстве миссис Мондрик…

— Ну, не думаю, — прервал Барби. — С чего бы?

— Стремительность вашего протеста подтверждает мои случайные догадки. — Слабая улыбка Гленна, казалось, выражала добродушную насмешку. — Как я вам уже говорил, требуется время для выявления механизма ваших сложных комплексов, но, как-никак, основная их структура достаточно очевидна.

— Что вы имеете в виду?

— Ваше изучение антропологии в колледже должно было дать вам широкие познания о простейших верованиях в магические силы, а также о лунатизме. Этой подготовки достаточно, чтобы объяснить необычное направление вашей фантастической экспрессии.

— Возможно, — неловко пробормотал Барби, — но почему вы считаете, что я мог бы винить себя в заболевании миссис Мондрик?

Сонные газельи глаза Гленна внезапно стали пронизывающими.

— Скажите мне, было ли у вас когда-нибудь сознательное желание убить доктора Мондрика?

— Что?! — Барби негодующе выпрямился. — Конечно, нет!

— Вспомните, — настаивал Гленн мягко. — Разве нет?

— Нет! — Барби ответил сердито и резко. — Какие у меня могли быть причины для этого?

— Разве у вас не было на него никогда обиды?

Барби неловко заерзал в своем кресле. — Несколько лет назад, когда я заканчивал колледж, — он замялся, пристально вглядываясь в светлый мир за окном, — старый Мондрик отвернулся от меня. Я так и не знаю, почему, — добавил он неохотно. — При организации Фонда старик взял Сэма Квейна, Рекса Читтума и Ника Спивака, а меня проигнорировал. Долгое время меня это огорчало.

Гленн удовлетворенно кивнул.

— Это проясняет картину. Вы должны были желать смерти доктору Мондрику подсознательно, имейте в виду, чтобы отомстить за это давнишнее пренебрежение. Вы хотели убить его, а он случайно умер. Следовательно, благодаря простой подсознательной логике, не относящейся к какому-то определенному моменту, вы подсознательно виноваты в его убийстве.

— Я так не считаю, — пробормотал Барби натянуто. — Это все случилось много лет назад, к тому же не очень-то вяжется с вашим предположением о моей вине в болезни миссис Мондрик.