Читаем Бойцовская честь полностью

– Все вы надолго, – хмыкнул Сан Саныч. – Ладно. Давай посмотрим, что там у тебя с физухой. Тебя Андрей уже загонял, поди?

– Да так, – выдохнул я. – Я почти не устал.

– Заметно, – кивнул тот и оценивающе посмотрел на меня с ног до головы, после чего повернулся к Андрею и проговорил: – Давай, Полтава, проводи разминку.

Потом была разминка, которая забрала последние силы после «спарринга» с Андреем, затем скакалка, бой с тенью, спарринг… Так что под конец тренировки меня действительно можно было выжимать, как губку. Что еще я могу сказать о той памятной тренировке в далеком 2006 году? Наверное, из воспоминаний остались дико болящие руки и ноги на следующий день, несколько новых синяков на моей физиономии и твердая решимость продолжить это издевательство над своим организмом. Тогда я очень хотел стать сильным. Обещание тренеру я сдержал и действительно не забросил через две-три недели, как это делали многие, приходившие в зал. Постепенно я познакомился со всеми остальными парнями, но по-настоящему подружился именно с Андреем. Или Полтавой, как его все называли, просто сокращая фамилию. Я и прозанимался до 2008-го, толком ничего не добившись на боксерском поприще. За два года я получил 2-й взрослый разряд, сломанный нос на соревнованиях и отличного друга в лице Андрея. Я не суперчемпион и не великий боец. Но ведь и эта история не обо мне, так что чего мне переживать-то?

Как и положено, все началось с телефонного звонка.

2010 год. Москва. Компания «Russia S». Офисный центр

– Воронцов! Ты еще контракт этот посмотри, – раздался голос моего начальника Иваненко. – Срочно нужно.

– Не вопрос, – проговорил я, принимая тяжеленную папку из рук шефа. – Там кирпич внутри или все настолько плохо?

– К завтрашнему дню должно быть готово, – похлопал меня по плечу начальник и удалился.

– Что, Воронцов, подпрягли?! – раздался голос сидящего напротив Олега Ульмана. – Иваненко в своем репертуаре?

– Угу, – буркнул я, ставя «кирпич» на стол. Прежде чем я открыл поле своей деятельности, телефон, лежащий на столе, возвестил голосом Кипелова: – Мы будем драться на земле! Под солнцем и в кромешной тьме!..

– Опаньки, Полтава! – обрадовался я, глядя на номер абонента. Быстро выйдя из кабинета, в котором рабы корпорации трудились в поте лица, я радостно проговорил: – Андрюха! Какими судьбами?! Ты же в Америку должен был уехать!

– Ник, не сложилось с Америкой пока что, – проговорил на том конце провода мой товарищ. – Пересечемся – поболтаем?

– Естественно, – сказал я. – В пять заканчиваю. Давай часиков в шесть на «Охотке» встретимся? Там кафе найдем первое попавшееся, посидим и поговорим. Вариант?

– Вариант, – согласился он. – В шесть. На «Охотке». В центре.

– Все, забились. Давай.

– Давай, – отозвался Андрей.

– Полтава, – хмыкнул я, сдвигая слайдер.

Вот так вот бывает. К прекрасному 2010 году мы с Полтавой уже толком не общались. Как бы так объяснить… мы с ним оставались очень хорошими друзьями, но виделись все реже и реже. Ну, сами понимаете. Я впахивал на своей корпоративной галере, а Андрюха начал делать карьеру в том, что умел лучше всего в жизни – в боях.

Я его прекрасно понимаю. Сколько я Полтаву знал, никто не мог его побить. При мне его откровенно засуживали раз пять, но настоящих честных поражений у него не было. Он всегда был на голову выше своих противников, и не только потому, что он больше всех тренировался и буквально жил в зале. Самое главное, что у скромного парня Андрея Полтавского из Текстильщиков был талант.

Так уж вышло, что в Текстильщиках родился гений от бокса. Ну, бывает так. И он попал в нужную среду. И теперь, когда он, боксер от бога, пошел по линии спорта, я пошел своей дорогой. Мы оставались хорошими друзьями, но все же пути разошлись. Примерно год назад я узнал, что Андрей едет в США, затем он пропал, написав один раз, мол, буду вне Cети, в ближайшее время просто пропаду. Я, конечно, немножко удивился от такого сообщения, но спрашивать, что произошло, не стал. Полтава всегда знал, что и как надо делать.