Читаем Бой с зеркалом полностью

      И вот нас всех порубили. Кого-то протащили через мясорубку и куски фарша отделили пополам. Других лишь немного обтесали ножом по контуру тела. Счастливчики довольствовались одной отрубленной рукой. И вот мы вышли в мир искать все эти части, которые, по преданию, уже являются чужой собственностью. И всё больше людей стало замечать, что существо – рубящее людей на половинки всё чаще ошибается в своём деле. Ведь легко искать вторую половинку, когда тебя разрубили пополам…ещё легче, когда оттяпали только ногу. А что делать тем, кто лишился всего, кроме одной головы?

      Тогда он исправился и наделил лишённых всех дарами – кому голос, что у певчей птицы, кому красота неземная, а кому и сюжетов целый мешок. Мол, хоть и инвалид, зато одарённый. Может глядишь того и прирастёт что-то к этому, подумало кромсающее существо. С тех пор этим самым одаренным покоя и нет. Поклонники есть, а вот половинок нет. Ошибся великий уравнитель и исправить ошибку уже не получится.

По пути в наш город грехов другу позвонили раз двадцать, не меньше. А уж сколько раз он с задумчивым лицом читал сообщения…в общем, домой я вернулся один – важные вопросы сами себя не решат, да и – “ У него есть девушка!!!!!!!”

В конце конов он и сам всё поймёт, надеюсь, что глядя на меня не слишком поздно. Поймёт, что он не на фронте – его безжалостно расстреливают, а он безоружен.

Я захожу к себе в комнату, она встречает меня свободой. На столе пепельцница, на стене жаба и окна распахнуты настежь. Мне не нужно идти на работу, а в окно влезла молодая ветвь клёна. Я абсолютно счастлив, до диплома ещё месяц. Некому писать, нечего писать и незачем писать. Хотелось немного отдохнуть от всего этого. Аккуратно выставляю своё зеркало в комнате, в нем я – одинокой, спокойный и бесстрашный – никакого намёка на фронт.

Я накидываю на плечо полотенце и выхожу в коридор, спускаюсь на лестницу и вижу что за мной увязалась старая подруга – Света.

– Привет, Васек! – кричит она и хлопает ладонью меня по спине.

Она перекрасила волосы в пепельный цвет. Я побрился налысо. Вот так совпадение. Света обгоняет меня, она красива…чертовски красива. Она подмигивает мне своим подведённым глазом и направляет на меня два пальца.

– Мы не на войне, – примирительно говорю я и делаю вид будто поправляю винтовку.

– То-то же! – кивает она, cдувает воображаемый дым с пальцев и убегает вниз.

К чёрту всё это, думаю про себя и спускаюсь по другой лестнице прямиком в душевые. Там меня окликают товарищи, которые рады меня видеть и совсем не потому что я голый.

– И почему мы до сих пор не празднуем приезд? – говорит один из них.

Думаю что наверное к чёрту, но вслух соглашаюсь. Беру пиво, которое они достают буквально из воздуха, делаю воду ещё горячее и совершаю большой глоток. Чувствую, вот теперь я на месте. Мы договариваемся встретиться с ними через час, в небольшой чаще леса – там скамейки, мало людей и чистый воздух.

В предвкушении я ложусь на кровать, закидываю руки за голову – смотрю в потолок. Мне не нужен телефон, я отвык от него и наслаждаюсь этой свободой. Мне хочется просто помолчать, побыть наедине со своей комнатой, где побывало столько народу, что я позабыл какого это быть одному. С улыбкой вспоминаю, как бежал из этой комнаты и из этого города. Но теперь, после этого захудалого городка Кобадэ всё немного изменилось, будто прошёл курс лечения – нет больше никаких тревог и тьмы. А солдатская наука, кажется мне и вовсе глупой затеей. Может я приближаюсь к тому, что бы наконец стать человеком гражданским, который не видит везде врагов?

Смотрю в зеркало и вижу новое чистое отражение – в нём меня совершенно ничего не заботит, кроме жизни в которой мне не нужно палить.

– На выход, – кричат из-за двери, сотрясая её ударами.