Читаем Богиня маленьких побед полностью

В тот вечер отец опаздывал. Чтобы справиться с тревогой, я в сотый раз перечитала последнее письмо Курта. В перерыве между его посланиями я жила будто в подвешенном состоянии. Их постоянство несло успокоение, но холодность вселяла уныние. Порой я даже ненавидела их автора, но это очень быстро проходило. Слова любви, или то, что мне таковыми казалось, умиляли, каждая строка вселяла беспокойство, я чувствовала себя наполовину матерью, наполовину возлюбленной. Высыпается ли он? Думает ли обо мне? Хранит ли верность? Он производил впечатление счастливого человека, но надолго ли? Через сколько дней он вновь замкнется в себе? Может, у него болит живот или голова? Не осмеливаясь признаться даже самой себе, я в самых невинных фразах выискивала признаки нового приступа болезни. Чтобы на этот раз его не пропустить.

Принстон, 10 октября 1933 года

Моя дорогая Адель,

В предыдущем письме ты просила в подробностях рассказать о Принстоне и его окрестностях. У меня совсем нет времени заниматься туризмом. Но, чтобы ты не могла меня ни в чем упрекнуть, привожу тебе краткое описание.

Принстон представляет собой университетский городок в паре часов езды от Нью-Йорка. Поездка в мегаполис здорово утомляет. Чтобы добраться от университета до небольшого уединенного вокзала Принстон Джанкшн нужно сесть на «Динджи», это такой автобус, на редкость неудобный. Через два часа поезд прибывает на Пенн Стейшн в Манхэттене, 7-я авеню, 31-я стрит, на перекрестке с Бродвеем, где меня тошнит от яркого света и шума. Поэтому нет смысла просить меня «не таскаться каждый вечер в Нью-Йорк». У меня на это нет ни сил, ни желания.

А вот Институтом передовых исследований я доволен. Научная программа здесь весьма амбициозна, а подбор кадров вполне соответствует чаяниям Освальда Веблена и Абрахама Флекснера, первого директора. Они собрали здесь всех ведущих ученых современности. И даже сумели убедить герра Эйнштейна. Настоящий подвиг, особенно если учесть, что его готова была принять вся Америка. Я не считаю себя впечатлительным человеком, однако встреча с ним стала для меня незабываемым событием. Мы проговорили с ним почти час, рассуждая о философии, но почти не касаясь ни математики, ни физики. Он даже признался мне, что не очень сведущ в математике! Ты по достоинству оценишь этого великого человека и присущий ему юмор. Знаешь, что он говорит о Принстоне? «Чудное местечко с весьма забавным церемониалом, населенное маленькими полубогами, которым вечно приходится расхаживать на ходулях».

Меня всего лишь пригласили сюда читать лекции, но я завидую здешним светилам – фон Нейману, Вейлю, Морсу. Они не обязаны вести преподавательскую деятельность, и их миссия сводится единственно к тому, чтобы думать. Никому нет никакого дела до того, чем вы занимаетесь, отработав положенные часы.