Читаем Боги и не боги полностью

Он закинул требуемую конечность себе на плечо и под приветственные радостные крики помог тому добраться до скамьи за столом. Квинтин молчал и поглядывал на авантюриста настороженно, похоже, с него слетели остатки хмеля. Я выключила свой колокольчик, оглянувшись на спутников – слышали ли они? Да по ним разве поймешь.

Эрика снова усадили в центр, хлопали по плечам, чокались здоровенными кубками. Он ослепительно улыбался во все свои тридцать два зуба, охотно отвечая на шутки и тосты. Вечер шел своим чередом. Похоже, он неплохо развлек местную публику.

– У вас очень необычная тактика, – улыбнулся барон, подсаживаясь к нам, – случись все всерьез, вы вполне могли его убить.

– Да мне просто повезло! – и глаза такие добрые-добрые, прямо как у его папеньки.

– Кстати! – вдруг сменил тему Септим. – Господа! Через месяц в Анвердене будет большой рыцарский турнир! Я – один из устроителей, приглашаю!

Пока я придумывала, как бы аккуратно откосить от этого, вне всякого сомнения, достойного мероприятия, мои спутники внезапно оживились. Даже Дэвлин, и его явный интерес привел меня в ступор, поэтому я сама не поняла, как согласилась.

«Соваться в место, где столько храмов этого Всеединого – глупость! О чем они вообще думают!»

Дальнейший ужин, к счастью, прошел без эксцессов. Какое-то время я опасалась ответной выходки Квинтина, но, похоже, авантюрист произвел на него слишком сильное впечатление. Здоровяк просто тихо напивался.

Поздно вечером я лежала в кровати, кутаясь в толстое шерстяное одеяло, и раздумывала, во что же выльется эта наша поездка? Септим рассказал о Красном Замке достаточно, чтобы возбудить мое любопытство неимоверно. Может ли он быть законсервированным объектом, как тот же форт? И если да, то одна ли у них сеть? Нужно будет вернуться за Шариком перед тем, как соваться, вдруг опять сработает? Хотя туда надо еще добраться. Завтра нужно уточнить у нашего спасенного, много ли фанатиков Всеединого южнее? У него в замке я особо большого храма не видела, так, маленькое святилище в углу двора. Может, дальше будет проще? Да и у Дэвлина перестанет болеть голова.

Совершенно забыв постучаться, ко мне завалился широко ухмыляющийся Эрик. Он снова остался в штанах и майке, и, разумеется, бродил по деревянному полу босяком. Рыжий плюхнулся рядом со мной поверх одеяла. Вид у него был довольный до безобразия. Оставалось только покачать головой, разглядывая его второй раз за день разбитую физиономию.

– Хотел извиниться, – проговорил он, поворачиваясь на бок, – ты была абсолютно права там, на дороге. И что вмешалась, и что всех усыпила. У тебя отличная интуиция, я говорил?

– Говорил, – улыбнулась я, тоже поворачиваясь на бок и приподнимаясь на локте, – спасибо, – подлечить тебя?

– Если не трудно.

Он снова лег на спину, закинув руки за голову, и закрыл глаза. Я дотронулась кончиками пальцев до его лица, привычно прося Да Ки Нэ об исцелении.

– Извини, что не сказал сразу про этого Вепря, Септим не должен был узнать, – проворчал довольно авантюрист спустя какое-то время, похоже, боль отступала, а мало что сравниться по приятности с ощущением, когда у тебя что-то перестает болеть.

– Ничего, я поняла, просто…

– Просто – что? – в голосе появился намек на любопытство.

– Я испугалась за тебя.

– Мне приятно это слышать. Можно еще бок потом? Этот углумок мне по-ходу в печень пробил.

– Хорошо. Подними майку.

Он скинул ее вовсе. Кровоподтек был знатный, надо сказать, багровый, чуть вздувшийся. Ничего, сейчас все пройдет.

Я пыталась собрать мысли в кучу, но могла сейчас думать только о том, что под одеялом на мне совершенно ничего нет. Дверь он закрыл. Ночь. Никто сюда не войдет. Никто даже не узнает, если…

– Ты специально включил колокольчик? – внезапно спросила я у него.

– Когда?

– Когда пообещал этому Квинтину глаза вырвать.

– А он включился? Нет, думаю, это опять твоя геомантия. Тебе же было интересно, что у нас там творилось.

– Почему он так разозлил тебя?

– А бес его знает, – немного подумав, ответил Эрик, – сам не понял. Да я просто пьян, вот и все, устал опять же, с дороги только.

– Понятно.

Все равно ничего не скажет, раз не хочет. Будет пожимать плечами, зубоскалить или отшучиваться, как обычно. Только вот что это внезапное желание «защитить» означает для меня?

– Что. Ты. – Делаешь? – очень медленно и тихо спросил авантюрист, он наблюдал из-под полуприкрытых век, как моя ладонь, принялась машинально ласкать его кожу.

– Ой, – я поспешно отдернула пальцы, уставившись на них так, будто впервые увидела.

– На тебе ведь ничего нет под этим одеялом? – внезапно спросил он, будто прочитав мои недавние мысли.

Я только кивнула.

– Если ты хочешь отдохнуть, я думаю, твой новый сосед с удовольствием пришлет тебе парочку служанок – потереть спинку в этой лохани, которую они по какому-то недоразумению считают ванной, – услышала я собственный голос, произносящий слова Лусуса.

В глубине зеленых глаз мелькнуло разочарование, мелькнуло и ушло. Он усмехнулся, вставая, и перекидывая через плечо снятую майку.

– Доброй тебе ночи, Крис. Спасибо, что подлечила. Ты – молодец.