Читаем Бог войны полностью

Когда Блэкстоун пришел проведать Гино с остальными, брат Симон ухаживал за недужными. Люди сидели на соломенных матрасах, опираясь на подушки, а пара монахов, переходя от одного к другому, кормили их с ложечки жидкой кашкой.

– Они смогут сражаться? – спросил Томас.

– Их морили голодом, сын мой. И били. Я добавил в похлебку лекарство. Дай им срок.

Блэкстоун понял, что хотя убийца с войском, числом превосходящим его собственное, вот-вот нагрянет, подымать этих изнуренных людей с одра болезни из-за этого не стоит.

– Поведай, в чем нуждаешься, и получишь это, – сказал он.

– Ваш приход – Божье благословение для нас, – просто ответил старик.

Томас ощутил растущую в груди тяжесть. Такого он еще не испытывал – не страх, но какой-то трепет, стиснувший сердце. А затем понял, что это. Это возложенные на него упования других.

– Брат Симон, я ничей не спаситель. Даже не помышляй подобного. Я солдат. Завтра я могу быть уже мертв к этому часу, став лишь добрым провиантом для червей.

Задержав на нем долгий взор, старый монах указал дрожащим перстом на серебряный образок Арианрод.

– Некогда я был язычником, сын мой, и молился всем богам, и нашему Господу среди прочих. Надо думать, один из них услыхал меня, хоть и не ведаю, какой именно. Несомненно, я узнаю это достаточно скоро.

– Я не язычник, – возразил Блэкстоун.

– Это неважно. Важно лишь, что те, в кого ты веришь, направляют и защищают тебя. Не стыдись преклонить колени и просить их о помощи, – отвечал старик и снова занялся хворыми.

Спустив ноги с лежанки, Гино попытался встать.

– Я слышу, что уже строят эшафот. Вы повесите их здесь, не так ли? Это вызов Сакету будь здоров! Ему надо поддерживать репутацию, и повесив его людей на перекрестке, вы заставите его явиться за вами лично, но прежде того я хочу узреть, как их удавят.

Томас помог ему опуститься на лежанку, пока ноги не подкосились.

– Увидишь. Даю слово. Тебе и остальным нужен отдых, дай брату Симону позаботиться о вас. Бывают времена, когда мы должны сдаваться на волю тех, кто может нам помочь.

Кивнув, Гино опустился на матрас.

– Полагаете, сумеете остановить наемников здесь? С горсткой людей, раскорячившихся на перекрестке? Любезная Матерь Божья, да в Шульоне вам повезло. Убитые вами – просто отбросы, плавающие сверху в отхожей клоаке. Приготовьтесь, ибо когда Сакет вломится в эту дверь, все из нас до последнего будут преданы мечу. Я слыхал слова старого монаха. Послушайтесь его, дайте людям мессу. Призовите Бога на их сторону.

Блэкстоуну хотелось призвать на свою сторону не только Бога, ему бы не помешали еще полсотни человек. А лучше сотня. Проходя мимо лежанок, он увидел, что лихорадка отпустила Мэтью Хамптона. Взгляд старика изучающе впился в исполосованное лицо, глядящее на него сверху вниз. Шелестя дыханием от натуги, он раскрыл потрескавшиеся губы.

– Томас?

Томас кивнул.

– Глянь-ка на него. Мы думали, ты покойник. Благослови тебя Бог, отрок. Где я?

– В монастыре.

– То бишь ты вызволил нас с Шульона, – кивнул лучник. – Мы были уже покойники. Они обвели нас вокруг пальца, Томас, и прикончили. Скверно. Мои ребята умерли скверно.

Взяв ладонь Хамптона, Блэкстоун легонько пожал ее.

– Отомстим за них вместе. Твой лук у меня.

– Нет, его забрали они…

– Я отобрал его. Он твой. Больше ни у кого не было лука с такой темной полоской дерева, скрутившей волокна поперек. Я его сразу узнал. – Томас взял стоявший в сторонке лук и поднес его Хамптону на обозрение.

Ладони лучника ласково огладили тисовое древко, а кончики пальцев нащупали роговые навершия с засечками. Кивнув с почти беззвучным вздохом, он вернул лук Блэкстоуну.

– Бери его, Томас, и убей, скольких сможешь. С тобой никто не мог сравниться. Даже Ричард, упокой Бог его душу. Возьми его, парень.

Томас вытянул свою искривленную руку.

– Мне больше никогда не натянуть лука снова, Мэтью. Удар меча переломил меня, как хворостинку.

Хамптон взглядом проследил изгиб его руки.

– Удару меча не сломить могучий дуб, Томас. Дай мне с остальными еще денек и хлебово доброго брата, и встанем обок тебя.

Блэкстоун взял протянутую руку ветерана. Он видел, что каким бы рвением ни горели Хамптон и остальные, дня на выздоровление им маловато. Если Сакет атакует завтра утром, как они предполагают, лучников наготове не будет. И пока это не произошло, надо устроить для людей мессу.