Читаем Бог одержимых полностью

   - А так он будет выглядеть через пять часов... - колонны сильно изогнулись.

   - ...через десять часов... - теперь изгиб был настолько силён, что было очевидно: поток насыщенного сероводорода возвращается к грунту.

   - Прекрасно! - сказал Ибрагим. - Смотри-ка, зацикливается...

   - Нет, - возразила Мария. - Этот виток случился из-за охлаждения потока верхними слоями и силы Кориолиса. Но на следующем цикле поток будет двигаться в уже прогретом русле. А потому не повернёт ко дну, а всей массой двинется к поверхности.

   На следующей картинке на холмах, как на грядках, росли три красные шестёрки, - изготовившиеся для броска к поверхности чудовища.

   - Ничего не напоминает? - спросила Мария.

   - Число зверя? - предположил Ибрагим.

   - И результаты соответствующие. Метеоцентр обещает сдвиг к Африке Азорского антициклона. К нам придёт сильный юго-восточный ветер. Облака сероводорода двинутся на северное побережье Чёрного моря. Нужно эвакуировать население. Кто останется - погибнет: отёк лёгких, кома, паралич дыхания... А когда "черномор" встретится с тёплым континентальным воздухом, в Болгарии, Румынии и на Украине выпадут кислотные дожди. В эти места придёт пустыня. Если же вертикальное течение стабилизируется, то конвективный насос поднимет на поверхность весь сероводород Чёрного моря. Экологическая катастрофа станет глобальной! Чернобыль по сравнению с этим - учения по гражданской обороне младшеклассников.

   Ибрагим рассматривал "шестёрки", потом гидрометеорологическую сводку "Змеиного" и всё никак не мог понять, что ему следует делать. Через минуту он остановил реактор.

   - Что там с биржей? - спросил Ибрагим. - Движение есть?

   Но ответить Мария не успела. Монитор сообщил о связи с Киевом.

   - Украина хвылюеться! - усмехнулся Ибрагим.

   - Добрыдень панове.

   - Привет.

   Широколицый человек улыбнулся и представился:

   - Петро Кириленко, экологическое управление восточноевропейского региона. Вам уже известно о разогреве придонных слоёв?

   - Известно, - кивнул Ибрагим. - Мы выключили реактор.

   - Я бы хотел вас ознакомить с прогнозом последствий.

   - Лучше скажите, как остановить эту хрень... - вмешалась Мария.

   Она простучала на клавиатуре команду, а Кириленко, покосившись на свой экран, кивнул:

   - Да. Чудовище из моря о семи головах. А десять рогов, по-видимому, это десять газовозов, обслуживающих ваши станции. Ещё бы понять про диадемы...

   - Диадемы мы тоже видели, - остановил его Ибрагим. - Ближе к делу.

   - У вас есть возможность разорвать вертикальный сгон, - никак не реагируя на грубость, сказал Пётр. - Только сделать это нужно немедленно. В течение ближайшего часа.

   - Как?

   - Распылить на километровой глубине реголит. При этом давлении катализатор извлечёт из воды кислород. Водород уйдёт в атмосферу, а кислород рядом с реголитом вступит во второй цикл реакции: свяжется с сернистой кислотой. Получится тиосерная кислота, которая устремится ко дну и опрокинет всплывающий фронт.

   - Но есть один вопрос, - медленно произнёс Ибрагим.

   - Конечно, - кивнул Пётр, - спрашивайте.

   Но Малик уже опомнился. Бросив косой взгляд в сторону Марии, он спросил совсем о другом:

   - На каком основании я буду выбрасывать в море свою собственность?

   - Чрезвычайное положение, - пояснил чиновник. - Теперь командуем мы.

   - И кто оплачивает эту музыку?

   - Ваши страхователи, разумеется, - Кириленко широко улыбнулся. - А мы подтвердим наступление страхового события. Стихийное бедствие. Не сомневайтесь...

   Ибрагим огладил подбородок: чиновник удивительно ёмко и дипломатично ответил на все незаданные вопросы.

   Малик отлично знал, на какую сумму застрахованы их с Марией жизни.

   Оставалось только выяснить, как будет взаимодействовать реголит в кислой среде с самой подводной лодкой? Но выяснять это придётся опытным путём...

***

   Подозрения Ибрагима подтвердились: слабая кислота при поддержке катализатора успешно "ела" металлические конструкции подводного судна. Стенки субмарины истончались, они всё сильней прогибались внутрь, каждую секунду грозя обрушением.

   В баках оставалась ещё треть реголита, когда мидель-шпангоут отчаянно заскрипел. Ибрагим, чтобы хоть немного уровнять внутреннее давление с забортным, поднял давление воздуха внутри подводной лодки. Немедленно заложило уши и заломило во лбу. Он принялся отчаянно зевать и делать глотательные движения. В ушах хрустело, но боль не проходила. Тогда он запустил компрессор и немного сбросил давление. Стало легче, но Ибрагим ещё несколько минут пережидал, пока боль не уйдёт совсем.

   "Я не герой, - напомнил он себе. - Я не собираюсь умирать. Сброшу груз и наверх, к жене".

   Как только Малик счёл своё состояние удовлетворительным, он выбрался из кресла и достал из ниш долабы глубоководный костюм. В нём он сразу почувствовал себя уверенней, хотя знал точно: на километровой глубине этот кусок резины ничем ему не поможет. Ибрагим включился в дыхательную систему скафандра, посмотрел на второе кресло, где обычно сидела Мария, и поблагодарил Аллаха за прозорливость, которая позволила избежать опасности для возлюбленной.

   Он вернулся на своё место и продолжил набор давления внутри корпуса.