Читаем Боевые станции полностью

Я подумала о том, что нам рассказал Спок: о Морни, о ее узко корыстном взгляде на политику и постоянной жажде власти. Спок пришел к выводу, что профессор не вполне осознает серьезности последствий собственных действий. Ну что ж, можно попытаться воспользоваться этим фактом. Конечно, рискованно, но попробовать стоит.

— Профессор, — начала я, — здесь вам угрожает серьезная опасность.

Эта территория является пограничной в сфере интересов федерации, и в случае территориального спора вы вряд ли сможете рассчитывать на ее защиту. Если же вы выставите технологию сверхускорений на открытую продажу, то это приведет к…

— Я знаю, к чему это может привести, — ответила она, усмехнувшись еще более ядовито.

— И вас нисколько не тревожит такое положение вещей?

— Я полностью контролирую ситуацию, — безапелляционно заявила Морни и, конечно же, согласилась сама с собой, то есть, с единственной персоной, мнение которой имело для нее значение.

Я сделала шаг вперед.

— А как же мнение Перрена? Неужели он не понимает, к чему может привести ваш план? Она пожала плечами и нахмурилась.

— Идеи Перрена не имеют под собой реальной почвы. Он не представляет себе моих действительных возможностей по контролю над ситуацией, не так ли? Да и откуда ему знать об этом? Ведь его волнует только работа, и я разрешаю ему выполнять ее. Только я могу обеспечить его такой работой. Я планирую, а он строит согласно моим планам. И не пытается спорить со мной.

У нас вполне нормальные деловые отношения.

— Для вас — да, — ответила я.

— А куда еще он может от меня уйти? — она подошла к нам совсем близко, продолжая, однако, держать свой фазер наготове.

— Я хотела бы заставить руководство Федерации обратить внимание на наше устройство и осознать его потенциал и возможности применения. Именно так, — крошечные голубые глаза Морни сузились от охватившего ее возбуждения — она представила себе свое будущее.

Я решила рискнуть уточнить ее взгляд на это будущее и сделала шаг к ней.

Однако меня остановили: ее фазер вздрогнул, а взгляд мгновенно прояснился. За спиной профессора охранники тоже подняли свои винтовки, и я оказалась сразу в полудюжине прицелов.

Для теоретических выводов этого оказалось вполне достаточно.

— Пайпер, не надо делать глупостей, хорошо? — усмехнулась Морни. — Вы всегда отличались чрезмерной воинственностью, не так ли? Но вы ошибаетесь: не все ученые-теоретики далеки от реальной жизни и способны оценить свое творение с разных сторон.

Ее тон стал откровенно вызывающим, а зубы почему-то показались мне похожими на волчьи клыки.

— Главное в таком деле — это размах! Если испытания сверхускорителя пройдут успешно, я стану самой главной силой в новой Федерации, силой, с которой будут вынуждены считаться все.

— Ваши слова звучат, почти как у Риттенхауза, — ответила я.

— У него были свои планы. Но все закончилось провалом. Теперь моя очередь. Скоро сюда прибудет космический корабль, и я потребую, чтобы капитан Кирк взял на себя обязанности посланника от всей Федерации. Во время нашей беседы мы будем разговаривать на равных.

Ее тон казался небрежным, но смысл сказанного был наверняка обдуман ею заранее. С такими доводами не поспоришь. Даже Риттенхауз уважал возможности своих врагов. По-видимому, это совершенно не относилось к Морни. А такое качество делало ее еще более непредсказуемой и опасной. Я замолчала, не собираясь вступать с ней в бессмысленный спор. Кирк был прав, когда собирался сам иметь дело со своенравной дамой, стоявшей передо мной. По-видимому, меня она просто не воспринимала всерьез.

Или пока еще не воспринимала…

Морни слегка повернула голову в сторону Перрена, который вошел вслед за ней и начал пробираться через плотно стоявших охранников.

Увидев его, я сразу же подняла руку вверх, пытаясь привлечь внимание вулканца. Я почувствовала свою полную беспомощность, ощутив, как задрожала моя поднятая рука. С трудом выговаривая слова, я обратилась к нему:

— Перрен, вы уверены в том, что полностью отдаете себе отчет, в какое скверное дело влипли? Вы знаете о том, что профессор Морни собирается выставить технологию сверхускорений на открытую продажу и сдать ее любому, кто назначит максимальную цену? Вы не подумали о том, сколько жизней унесут последующие за этим звездные войны?

Морни громко рассмеялась в ответ, а Перрен слегка наклонил голову.

— Я все обдумал, — просто ответил он. — Потенциальные выгоды оправдывают такой риск.

— Но ведь должны быть и соображения морали, еще более важные, возразила я. — Вы ведь не хотите отдать технологию сверхускорений и получения трилития в руки, например, толианов? Или ромуланцев? Или Клингонов?

Его глаза-многоугольники взглянули на Морни.

— Оставьте это грязное дело, — обратилась я к нему уже с открытой просьбой, — пока оно вообще не вышло из-под контроля. Не рискуйте играть в волейбол столь опасной штуковиной. Морни бессильна без вашей помощи и хорошо знает об этом. Откажитесь от сотрудничества с ней.