Читаем Боевой режим полностью

Перед глазами вставала картина того, что творилось на полетной палубе, угадывая происходящее по изменению присвистывающего рёва двигателей, лязга выдвигающихся или убирающихся задержников и шума поднимающихся газоотбойных щитов.

Явно представилось, как офицер стартовой позиции, подойдя к шасси, проверил точность наезда на задержники, став перед носом самолёта с поднятыми вверх руками, плавно опустил их и, оставив руки в горизонтальном положении — дал жестом команду лётчику разложить крылья истребителя….

Вот проверка закончена. Офицер стартовой позиции сделал характерный жест в сторону трамплина авианосца. Взревели на форсажном режиме двигатели, с лязгом ушли в палубу задержники и самолет, как выпущенная из клетки птица, нетерпеливо стремясь в свою родную стихию — небо, взлетел, издав при сходе с трамплина звук, чем-то напоминающий восторженное американское «Ввау!».

Нет, так Символ Веры читать нельзя. Пролистнув несколько страниц брошюры «Молитвы на всякую потребу», нашел необходимое:

Научи мя, Господи, усердно молиться Тебе со вниманием и любовью, без которых молитва не будет услышана! Да не будет у меня небрежной молитвы во грех мне!

Молитва человека, страдающего рассеянием, невниманием, нерадением в молитве:

Рассеянный ум мой собери, Господи, и оледеневшее сердце очисти, яко Петру даяй мне покаяние, яко мытарю — воздыхание и яко блуднице — слёзы, да велием гласом зову Ти, Боже, спаси мя, яко един благоутробен и Человеколюбец.

Немного выждал и снова взялся за Символ Веры, что вкратце содержит все спасительные догматы христианской веры. Перекрестился, поклонился святым образам….

Чем же заняться? Сначала заварил покруче каркаде с мятой, отлил в стакан с кипятком необходимое количество заварки, чтобы выпить после завтрака, вместо чая. Для достижения лучшего эффекта накрыл заварник форменной шапкой, которая, высохнув после позавчерашних приключений на баркасе, из-за осевшей на ней соли была словно покрытой инеем.

Пришлось изрядно повозиться, убирая при помощи щетки и воды эту красоту.

После утренних процедур и легкого завтрака (Слава заботливо принес со столовой ЛТС бутерброд с ветчиной и сыром) решил навести в каюте порядок. Было чисто, если не брать во внимание пыль на полках, соляные разводы на стекле иллюминатора и рабочий беспорядок в секретерах.

Вчера я занимался историческими изысканиями, пытаясь найти ответы на интересующие вопросы в трудах К. Валишевского, Л. Гумилева и трудах Г. Носовского и А. Фоменко, а мой сосед корпел над своей кандидатской диссертацией по экономике.

У себя порядок навел довольно быстро, а в секретере у Конюхова пришлось повозиться. Беспорядок для постороннего ещё не означает, что хозяин неряшлив. Это рабочий беспорядок, где всё лежит на удобном месте.

Прибрался довольно быстро. До обеда оставалось ещё много времени. Я вспомнил, что Юрий Аркадьевич просил по возможности посетить его и решил сходить в медблок и каюту Психологической Разгрузки.

По привычке задраил иллюминатор, выключил свет. Открываю дверь, а на пороге стоит… вице-адмирал Доброскоченко. Всё. Приплыли.

— Так, кто здесь проживает?

Представился.

— Я так понял, вы — корабельный офицер? Чем заняты? — Владимир Григорьевич прошел в каюту. — Посмотрим, посмотрим….

Осмотра каюты не избежать. Прицепиться при желании можно к чему угодно. Перед глазами промелькнули денежные ведомости с прочерками в графах премий и «интенсивности» напротив моей фамилии.

— У вас подозрительно чисто и все находится на своих местах. На сколько мне известно, вы в полётах сегодня не участвуете.

— Так точно. Полковник Щеглов приказал отдыхать до обеда.

— Почему же вы тогда не спите, а куда-то направляетесь? — Конь прошелся по каюте и с интересом стал рассматривать наши со Славой книги, лежащие на откидных крышках секретеров. — Серьёзная литература.

Доброскоченко взял в руки второй том книги «Русь и Рим» А. Фоменко и Г. Носовского из серии «Правильно ли мы понимаем историю».

— А художественную литературу вы читаете?

— Читаем, конечно, — Я показал рукой на книжные полки, где можно было при желании найти и фантастику, и детективы. — Но, честно говоря, в свободное время больше занимаемся серьёзными вещами. Я работаю над некоторыми вопросами по истории Древней Руси, а майор Конюхов занимается экономикой.

— Интересная каюта у вас. Майора Конюхова я сегодня видел на КДП. Если не ошибаюсь, он сегодня работает инструктором, а вы позавчера руководили полетами с баркаса.

— Так точно, товарищ адмирал!

Мне было приятна такая осведомлённость заместителя командующего Северного флота.